Полоска дернулась и исчезла. На экране появилась зеленая галочка: «Письмо успешно отправлено».

Работа закончилась.

Давид стоял у окна, потягиваясь. Он обернулся, глядя на меня потемневшими от усталости, но невероятно живыми глазами.

— Ушло?

Я медленно закрыла крышку ноутбука.

— Ага.

Давид сунул руки в карманы спортивных брюк и усмехнулся. В этой усмешке скользнуло что-то дьявольское.

— Отметим?

Я почувствовала, как внутри всё напряглось. Вспомнила свой прошлый опыт «отмечания» с ним. Вспомнила головную боль, провал в памяти и то, как проснулась абсолютно голой.

— Ну уж нет. Пьяная я — не хозяйка своим желаниям и языку.

Давид не отвел взгляд. Его улыбка стала шире, но глаза потемнели еще сильнее, превратившись в два омута крепкого кофе.

— Это я уже знаю.

Улыбка застыла на моем лице. Сердце споткнулось о ребра и забилось в два раза быстрее.

— В смысле?

— Забудь.

— Давид? — я встала из-за стола. — Я… что-то тогда сделала? Сказала?

Он повернулся ко мне. В его позе читалась хищная, ленивая грация. Он издевался. Он, гад такой, откровенно надо мной издевался, наслаждаясь моей паникой.

— Ооо, ты сказала много чего и сделала, — протянул он, делая шаг в мою сторону.

Кровь прилила к щекам так стремительно, что мне показалось, я сейчас вспыхну.

Что я могла сделать? Я танцевала стриптиз? Признавалась ему в любви? Лезла целоваться?

— Например?

Давид остановился прямо передо мной. Настолько близко, что я снова уловила этот сводящий с ума запах. Он наклонил голову, его взгляд скользнул по моим губам, затем по шее и вернулся к глазам.

— Ну, скажем так, я… — он сделал паузу, и его голос упал до интимного, вибрирующего шепота, — я знаю, какая ты бываешь мокрая.

Воздух выбило из легких.

Ноги мгновенно стали ватными.

— Ты сказал, ничего не было! — выдохнула я, чувствуя, как жар растекается по всему телу, концентрируясь где-то внизу живота.

— И не было, но я не сказал, что не трогал тебя.

Он сделал еще полшага, практически вторгаясь в мое личное пространство.

— Секундное помутнение. Напомню, я тоже не был трезв. Но я остановился.

Я смотрела на него, пытаясь осознать эту информацию. Моя собственная фантазия, которую я крутила в голове сотни раз, оказалась реальностью. Его пальцы. На моем теле. Он чувствовал меня. Он знал, как сильно мое тело его хотело.

И он остановился.

Гремучая смесь облегчения, смущения и дикого, разочарованного вожделения ударила мне в голову. Моя биология взвыла от обиды.

— Да уж, — фыркнула я с явным, совершенно не скрываемым разочарованием.

Давид рассмеялся.

— Кто первый в душ? — спросил он, кивнув в сторону ванной.