Я выдохнул.

— А Глеб? Добрыня?

— Глеб отделался страхом и шрамом: его рука заживает. Добрыня — тот вообще здоровяк, что ему будет — Аня чуть усмехнулась. — Они получили свою часть награды за доклад и разведку в лесу: пять серебряников, как и было оговорено, на лечении и реабилитации могут не экономить.

Она сделала паузу, и её глаза заискрились от важности новости.

— Но! Задание, которое они оформили в Гильдии, в тот же самый день подняли в рейтинге: с бронзового до железного. Как только доложили про количество гоблинов, про их организованность и про вождя, награда из королевской казны увеличилась ещё на десять серебряников. И для зачистки лагеря была тут же нанята другая команда авантюристов, уже железного ранга.

Мои брови поползли вверх. Железный ранг — то уже серьёзно.

— Варвара и Добрыня присоединились к ним на время этой миссии. Добрыня — как проводник и дополнительная сила, Варя — как дополнительный проводник, следопыт и стрелок. Это произошло уже на следующий день, то есть вчера.

Аня говорила быстро, чётко, как заправский докладчик.

— Их острог, как они говорят, был успешно обнаружен и зачищен. Перебили почти всех. Судя по всему, за исключением нескольких, которым удалось убежать глубже в чащобу, на северо-запад, однако основная угроза была утранена.

Я слушал, кивая. Логично: быстрое и эффективное реагирование властей, и все же, в её рассказе не хватало деталей, важных для меня.

— Стой, — перебил я её, понизив голос. — Аня, а нашли ли они что-то ещё во время этого рейда? В лагере или рядом? Было ли что-то… необычное? Что-то, что они бы особо отметили?

Сестра смотрела на меня, и я увидел, как в её карих глазах мелькнуло понимание. Она сразу уловила, о чём я. О тех странных светящихся грибах, что лежали в сумке, которую она с Сергеем и Гракхом нашли при мне.

Она покачала головой.

— Нет, Яр. Ни о чём таком я не слышала. Варя приходила нас проведать вечером и рассказывала про зачистку. Единственное, что она упомянула с особым… удовлетворением, так это то, что их босса, тучного гоблина-вожака в кабаньем шлеме-черепе, лично обезглавил Добрыня.

«Ох», — промелькнула у меня в голове холодная, отчётливая мысль. —«Значит, настоящий лидер, тот самый гоблинский шаман наверняка сбежал».

Вожак в шлеме — это бугай, лишь пешка. А тот, кто собирал светящиеся грибы, ушёл. И, судя по всему, либо синие грибы и мёртвая туша тролля в пещере не были найдены (что вполне вероятно, учитывая густоту и тьму леса, а также, что пещера была довольно далеко расположена от деревни остроухих), либо этот факт был намеренно скрыт. Или просто не сочли важным, обычные остроухие собирают всякий хлам, а те синие грибные шляпки, что мы видели у первых попавшихся гоблинсов были сухими и уже давно не светящимися. Но у меня в животе зашевелилось неприятное, холодное предчувствие из-за вероятно сбежавшего колдуна с прихвостнями: я оставил эти мысли при себе, просто кивнув Ане.