Проехав через ворота в городской стене (часовые, уже привыкшие к моему лицу, лишь кивнули, бросив внимательный взгляд на Гракха, но не стали задерживать), мы погрузились в медленно пробуждающийся Аргонис. Улицы постепенно заполнялись людьми: торговцы раскладывали свои лотки, ремесленники открывали мастерские, разносчики выкрикивали новости. Присутствие людоящера вызывало больше внимания, чем Сергей: лизарды были реже людоволков в этих краях и выделялись значительно сильнее своей внешностью. На нас бросали любопытные, а иногда и настороженные взгляды, но мощная фигура моего спутника и его спокойная, почти равнодушная уверенность, не оставляла пространства для конфликтов.

Мы проследовали в Старый город, прямиком в квартал Алхимиков через лабиринт узких, мощеных булыжником улочек, мимо высоких, почти смыкающихся наверху домов, чьи стены были покрыты мхом и лишайником. Воздух здесь был другим: прохладнее, пахло старым камнем, сыростью подвалов, дымком каминов и лёгкой, едва уловимой горечью магических зелий и трав. Наконец, мы свернули, и я придержал коня у знакомого дома Элиаса Зольника, вросшего в скальную колонну пирамиды.

Там нас встретила новая дверь. На смену разрушенной алхимическим зельем двери из чёрного дуба теперь стояла другая: также дубовая, но, как мне показалось, ещё более массивная и толстая. Её поверхность была тёмной, почти чёрной, и покрыта сложным, вырезанным вглубь древесины узором: спиралями, концентрическими кругами и переплетающимися линиями. В центре, на уровне глаз, была врезана квадратная пластина из тусклого серого металла с выгравированным знаком, который я не сразу смог распознать: что-то среднее между алхимическим символом огня и руной защиты. И, как и прежде, из щели под дверью и из узкой отдушины рядом с косяком заструился дымок.

Но в этот раз дымок был немного другим: он казался более густым, плотным, почти жидким. Его цвет был не просто белесым, а словно с лёгким перламутровым, переливающимся оттенком. Дым не просто висел в воздухе, а медленно перетекал, словно живое существо, формируя на короткое время смутные очертания: то щупальца, то завитки, то подобие глазниц. Чувствовалась новая, более сильная магия. Видимо, Элиас, после нападения «Вороны», серьёзно улучшил магический массив, питающий эту охранную систему. Она теперь выглядела не просто как сигнализация, а как более совершенная и надежная защита.

Я приказал Гракху остаться снаружи и сторожить повозку. Драконоид кивнул, присел на корточки у стены дома, приняв позу терпеливого ожидания, но его глаза продолжали сканировать улицу. Я же подошел к двери.