– Иду, – одними губами произносит он и продолжает дальше обсуждать какие-то цифры, являющиеся полной загадкой для Элин. Напряженность в его голосе нарастает.

– Нам скоро пора выходить, – так же одними губами отвечает она, но натыкается лишь на раздраженный взгляд и поднятую ладонь: не мешай.

Сэм продолжает расхаживать из угла в угол, стук каблуков его кожаных ботинок заставляет ее поежиться. Шаги звучат рассерженно. Элин уходит в спальню и, включив музыку, осторожно облачается в длинное зеленое платье от Сельмана, которое прислали ей чуть раньше на неделе вместе с приглашением. Бретельки украшены жемчугом, он чуть покалывает и холодит кожу, блестящая шелковая ткань красиво облегает тело. Глубокий вырез, под которым легко угадываются контуры ее груди. Она упоенно крутится перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Цвет платья напоминает ей о траве. Сочной зеленой траве, по которой они с Фредриком носились босиком весной и которая так душисто пахла. Она улыбается воспоминаниям, улыбается своему собственному отражению в зеркале.

Элин приглушает музыку; голос в гостиной затих, шаги прекратились.

– Сэм, ты готов? Машина будет через десять минут, – кричит она, засовывая ноги в босоножки на высоком каблуке.

– Мне обязательно с тобой ехать?

Он заглядывает к ней в спальню. Потную рубашку снял, брюки тоже. Взъерошенные влажные волосы стоят торчком.

Элин с улыбкой кивает:

– Конечно, ведь это очень важно.

– Как показ мод от Луи Вуиттона может быть важным?

– Но ты же знаешь, важен не сам показ… Ох, только не начинай, пожалуйста, снова.

– Чего не начинать?

Элин замолкает и снова поворачивается к своему отражению в зеркале. Блестящие уложенные волосы внезапно оказываются чуть взлохмаченными. Разметались, пока она бегала. Элин смеется:

– Ты прав. Ерунда какая-то получилась, я выгляжу так, словно на маскарад вырядилась. Но…

– Тебе нужно…

Элин кивает и крутится перед ним на месте, шуршит тончайшая шелковая ткань. Она разводит руки в стороны.

– Тебе придется пойти на свидание с зеленой лужайкой. По-моему, не так уж и плохо.

Сэм не может удержаться от смеха.

– Порой я спрашиваю себя, чем мы занимаемся, – вздыхает Элин.

– В смысле?

– Да вот все это. – Она обводит рукой комнату.

– А что? Что-то не так? – Сэм наморщивает лоб.

– Да нет, просто я хочу сказать… А, неважно.

– Нет уж, скажи! А то ты мне и так ничего не рассказываешь в последнее время, замкнулась, как моллюск в своей раковине.

– Все, хватит болтать, нам пора выходить, – резковато отвечает Элин.

Сэм вздыхает и подходит к гардеробу:

– Ладно, тогда посоветуй, что мне надеть. Ты ведь здорово в этом разбираешься.