Спасибо за звезду. А это летний букет от меня.
Хейвиде, Готланд, 1982
Костер разгораться не желал. Элин чиркала о коробок одну спичку за другой и, поднеся к хворосту, подолгу держала каждую, пока та не превращалась в пепел, но все было напрасно. Сухая трава быстро вспыхивала, но тут же прогорала, и огонь дальше не шел. Она пнула в сердцах камень, потом принялась расшвыривать ветки. Спичечный коробок полетел в никак не желавший разгораться костер. Элин в отчаянии оттянула подол футболки, но тот едва доставал ей до бедер. Тогда она схватила одеяло и обернула его вокруг талии. Пропитанная солью, высохшая на палящем солнце шерстяная ткань больно царапала кожу. Элин развернулась и побежала по тропинке обратно. Голые ноги мелькали между складок ткани. Добежав до магазина, она остановилась и, уперев руки в колени, попыталась отдышаться.
Увидав ее на пороге в таком виде, Герда рассмеялась:
– Это что, новая мода такая?
Элин не ответила и забегала глазами по полкам, выискивая спичечные коробки. Они обнаружились прямо за кассой.
– Ты, кажется, продрогла. Не хочешь немного горячего шоколаду, чтобы согреться? Я скоро закрываюсь, но мы успеем выпить по чашечке.
Элин кивнула. Когда Герда исчезла в подсобке, она протянула руку и, схватив с полки пару коробков, спрятала их под одеялом.
– Вот, угощайся. – Герда появилась, неся с собой дымящуюся кружку и цветастый поднос с печеньем.
Элин с благодарностью взяла одну печенюшку и целиком запихала в рот. Она целый день ничего не ела, и теперь живот сводило от голода.
– Почти так же вкусно, как у Айны, – пробормотала она с набитым ртом.
– Вот именно что почти. Я так и не поняла, что же она такое клала в тесто, отчего оно становилось таким божественно рассыпчатым. Я весь ее дом обыскала в поисках рецепта, но так ничего и не нашла.
– Айна никогда не пользовалась рецептами. Она знала их наизусть и делала так, как чувствовала.
– Да, должно быть, так оно и было. Она была самой настоящей волшебницей, правда?
– Ты тоже волшебница. Твое печенье такое же вкусное.
Элин взяла себе еще одно и принялась отламывать от него по кусочку и по одному класть в рот. Сладкая выпечка буквально таяла во рту.
– Как у вас дела на ферме? Тебе, должно быть, грустно оттого, что Фредрик уехал.
Элин не ответила. Герда продолжила говорить, словно уже знала ответ.
– Конечно, грустно, нашла о чем спрашивать. Ведь вы всегда были вместе, прямо неразлейвода. Честно говоря, я боялась, что все изменится… когда, ну, ты понимаешь… Но вы все равно остались друзьями. И это замечательно. Значит, дружба может быть не менее крепкой, чем любовь.