Свет лился из окон гостиной. Одна из белых, с фестонами, занавесок была задернута неплотно, и сквозь щель было видно, как толстые слои паутины блестят, словно серебряные, под ярким светом люминесцентных ламп на потолке. На фоне бледно-белых обоев быстро двигались черные тени. Кто-то точно был внутри. Элин вглядывалась в окно, прислушиваясь к доносящемуся изнутри шуму. Кто-то ходил и собирал вещи.
За забором остановился автомобиль. Элин прыгнула за угол и затаилась. Старясь не шуметь, вскарабкалась на садовую мебель, сложенную у торцевой стены дома, и снова заглянула в окно. За полупрозрачными занавесками промелькнуло чье-то лицо. Не чье-то – это была Марианна. Она беспокойно бродила по комнате, держа в одной руке сигарету, а другой распахивая шкафы и открывая ящики. Ее окутывало, сопровождая повсюду, облако сигаретного дыма.
Снаружи внезапно раздался чей-то голос, и Марианна вздрогнула. Элин тоже. От неожиданности она потеряла равновесие и едва успела ухватиться за оконный наличник, чтобы не свалиться на землю. Это была Герда, она тоже заметила свет в доме.
Продавщица вихрем влетела в гостиную. Сквозь оконные стекла глухо донеслось:
– Марианна, что ты здесь делаешь? Я уж было решила, что в дом забрался вор.
Женщины стояли лицом к лицу в освещенной комнате. На полу валялась разбросанная одежда, на столе – серебряные столовые приборы, вазы, фарфор. Сама Марианна выглядела как абстрактная карикатура на саму себя. Мятая рубашка расстегнулась и съехала набок, обнажив голое плечо, губная помада размазалась, лоб блестит от пота, волосы дыбом, а в глазах – слезы. Она разжала руки, и ваза с серебряной ложкой в ней упала на пол. Ваза разлетелась на куски, и Элин в отчаянии закусила губу. Это была та самая ваза, в которую Айна ставила собранные ею фиалки. Она всегда стояла на кухонном столе весной.
Герда наклонилась и принялась собирать черепки. Элин почувствовала, как шаткая мебель закачалась под ее ногами.
– Надо здесь как-нибудь прибраться, – заявила Марианна. – Дом не может все время пустовать, кто-то должен сюда въехать. Нам следует выставить его на продажу.
– А что ты собиралась делать со всем этим?
Герда прошлась по комнате, разглядывая разбросанные вещи.
– Продать. Это настоящее серебро, оно дорого стоит. А еще хрусталь. Где-то должны быть драгоценности, но я пока ничего не нашла.
– Драгоценности, говоришь… Помнится, Айна всегда носила только дешевые безделушки.
– Откуда тебе знать? Она была сказочно богатой. Те большие камни, которые болтались у нее на шее, скорее всего, были настоящими.