– Что будем делать? – спрашивает парикмахер, когда волосы вымыты и расчесаны. – Просто подровнять или что-то кардинальное?
Смотрю на свое отражение в зеркале. Длинные до пояса каштановые волосы с проблесками седины на висках. Когда-то Самрат любил запускать в них пальцы, говорил, что они пахнут цветами. И просил всегда, чтобы я не отрезала их ни в коем случае…
И вот что мне с ними делать?
Мелькает шальная мысль, что хочу удлиненное каре и перекраситься, чтобы рррраз! и поменять образ. Вычеркнуть прошлое из жизни, а укороченные волосы будут началом нового.
– А давайте…
Глава 24.
Укоротить волосы на десять сантиметров — компромисс, который я заключаю сама с собой. Не совсем новая я, но и не прежняя — застрявшая в тени своего брака с Рамазаном.
– А давайте, поступим следующим образом. Укоротите, пожалуйста сантиметров на десять, – решаю внезапно. – И покрасьте, пожалуйста. Что-нибудь... более яркое и посветлей.
Ножницы в руках парикмахера замирают на мгновение. Она, наврное, удивлена моей внезапной решимостью. Сама не знаю, откуда взялась эта смелость. Неделю назад я лежала в постели, не находя сил даже умыться, а сегодня меняю свою внешность.
Не могу я решиться на короткую прическу. Это прозвучало бы как декларация — слишком громкая, слишком очевидная. Словно месть Самрату, крик отчаяния: "Смотри, что ты со мной сделал!" Но я не хочу больше иметь к нему никакого отношения. Никакого.
У меня своя жизнь, у него своя.
В горле встает комок, когда я это признаю. Тридцать лет "мы" превратились в "я" и "он" за один вечер.
Каждый взмах ножниц отдается в сердце болезненным уколом. С каждой отрезанной прядью вспоминаю, как Самрат любил перебирать мои волосы, называл их "шелковым водопадом". Теперь эти нежности предназначены другой.
Закрываю глаза, чтобы не видеть, как на пол падают длинные каштановые пряди — свидетели моей прошлой жизни. Вместе с ними будто обрезается часть боли.
Не вся, но хотя бы немного становится легче дышать.
Жужжание фена выводит меня из мрачных мыслей. Решаюсь открыть глаза.
Женщина в зеркале удивляет меня. Волосы теперь выглядят объемнее и пышнее. Золотистый теплый оттенок смягчает черты лица, скрывает седину, которая начала пробиваться в последние годы. Она выглядит моложе, свежее. В глазах, прежде потухших, теперь мелькают искорки света, которых я не видела так давно..
– Вам нравится? – с надеждой спрашивает парикмахер.
– Очень, – слышу свой голос, в нем появилась новая интонация. – Вы волшебница.
После салона красоты иду в бутик одежды – скромный по сравнению со столичными магазинами, но вполне приличный. Мой деловой костюм действительно слишком велик, и подколоть его булавками – не лучшее решение для деловой встречи.