— Твой ореховый пирог! — мгновенно отзывается Амина.
— Нет, лучше твою баранину с овощами! — перебивает Рустам.
— А я бы не отказался от твоего плова, — задумчиво добавляет Карим.
— Не за один же вечер, — смеюсь я, впервые за долгое время ощущая, как лёгкие наполняются воздухом полной грудью. — Но если я останусь на пару дней, то успею приготовить всё, что вы любите.
— Тогда я сейчас съезжу в магазин, — Карим уже тянется за ключами от машины. — Но вообще можно сразу доставку. Составишь список, мам?
Киваю, доставая из сумочки блокнот и ручку. Начинаю писать список продуктов, а дети окружают меня со всех сторон, наперебой предлагая добавить то или иное лакомство. В этот момент я чувствую себя так, словно вернулась на много лет назад, когда мы все были вместе, счастливые, не знающие боли предательства.
Только одного человека не хватает в этой картине. Того, кто должен был бы сидеть рядом, обнимая меня за плечи. Того, кто предпочёл другую жизнь, другую женщину, перечеркнув всё, что было между нами.
Сглатываю комок в горле и продолжаю писать список, стараясь не выдать накатившую тоску. Не сейчас. Не при детях.
Глава 38.
Хлопочу на кухне Карима, чувствуя странное спокойствие посреди кипучей деятельности. Нарезаю мясо для плова, раскатываю тесто для пирога, мариную мясо для гуляша. Дети помогают кто чем может — Амина моет посуду, Джамиля нарезает овощи, следуя моим указаниям. Рустам и Карим устанавливают новую люстру в гостиной — прежняя перегорела неделю назад, и руки до неё так и не дошли у парней.
Звонкий смех Амины, спокойный голос Джамили, шутливая перебранка мальчиков в соседней комнате — всё это наполняет квартиру таким домашним, родным теплом, что на миг кажется, будто ничего и не изменилось. Будто я не провела месяцы в одиночестве, зализывая раны в родительском доме.
— Мама, — Джамиля прерывает мои мысли, поднимая взгляд от разделочной доски, где она аккуратно шинкует морковь идеально ровными кружочками. — Ты выглядишь... счастливее. Тебе правда нравится в селе?
В её голосе звучит искреннее беспокойство, и сердце сжимается от нежности к этой удивительной, чуткой девочке, которая всегда замечала то, что другие упускали из виду.
— Да, милая, — отвечаю я, стараясь звучать убедительно. — Мне нравится там. Свежий воздух, природа, новые цели... Это помогает.
— Но ты скучаешь по нам, — это не вопрос, а утверждение. Джамиля всегда умела читать между строк.
— Очень, — признаюсь я, продолжая месить тесто. — Каждый день.
— Тогда почему бы тебе не вернуться в город? — спрашивает она тихо, так, чтобы Амина, напевающая что-то у раковины, не услышала. — Мы могли бы снять квартиру, жить вместе...