Руки внезапно начинают дрожать, а чашка с недопитым вчерашним чаем, которую я машинально взяла, едва не выскальзывает из пальцев. Ставлю ее на стол, наблюдая, как темная жидкость плещется о фарфоровые стенки.
А дети? Что если они узнают о моем приезде? Станут упрашивать остаться, а я не смогу отказать. Придется смотреть им в глаза, видеть их боль, их разочарование... Не потому ли я уехала так далеко? Чтобы не видеть жалости и сострадания в глазах тех, кто знал меня только как половину целого, как неотъемлемую часть Самрата Булута, как его верную тень.
Мы никогда не расставались надолго за все двадцать семь лет брака. Вместе на приемах, на деловых ужинах, на семейных праздниках. Всегда рядом, всегда вместе. Даже когда он злился, даже когда мы ссорились, всегда было это незримое единство, эта связь, которая теперь разорвана.
Кто я теперь без него? Смогу ли вернуться в город, где каждый камень напоминает о нашей совместной жизни, и остаться собой? Не сломаться, не расклеиться, не рассыпаться на мелкие осколки, как тот хрустальный кувшин, что я разбила в день, когда узнала о его решении привести в дом вторую жену?
Встаю резко, отгоняя панические мысли. Нет, я смогу. Я должна. Ради больницы, ради этих людей, ради тех детей, которым нужна медицинская помощь.
И, что самое главное – ради своих детей и ради себя самой.
Положив телефон в карман, иду в ванную, оглядываю себя в зеркале – осунувшееся лицо, потухшие зеленые глаза, новые морщинки, которые, кажется, проступают день ото дня. Зато загар от работы в саду придает коже здоровый вид.
Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох.
Город. Воспоминания. Боль.
Но и новая возможность. Новая жизнь. Новая я.
Вторник наступит слишком скоро. У меня лишь три дня, чтобы подготовиться – не только документы, но и себя, свое сердце, которое, несмотря на все усилия, все еще предательски сжимается при мысли о Самрате.
Телефон снова вибрирует, и я вздрагиваю от неожиданности. Неужели опять? Сердце предательски сжимается, но на дисплее высвечивается имя Рустама. Улыбаюсь, нажимая кнопку ответа.
– Доброе утро, милый.
– Привет, мам, – голос Рустама звучит встревоженно, несмотря на раннее утро. – Мама, ты как? – В трубке слышен фоновый шум, он явно звонит с улицы. – Отец сам не свой, будто с цепи сорвался. Еще и накричал на меня, представляешь? Я больше не сунусь к нему, даже не убеждай меня разговаривать с ним. Хватит с меня!
Глава 22. Рустам
Рустам стоит на тротуаре, сжимая телефон так крепко, что костяшки пальцев белеют. Утренний ветер треплет его темные волосы, но он не замечает ничего вокруг.