— В слова, — я улыбнулась, чувствуя, как внутри просыпается азарт. — Называем слова на одну букву. Кто меньше — тот проиграл. Начинаем на «А».

— Амбиции, — сказал он, не задумываясь.

— Аромат, — ответила я.

— Авантюра, — он усмехнулся.

— Абсурд, — я чувствовала, как в голове начинают путаться буквы.

— Аллегория, — он смотрел на меня с вызовом.

— А… а… архитектура, — выпалила я.

— Астрономия.

— Авангард.

— Аллигатор, — он усмехнулся, и я поняла, что он играет со мной, подбирая сложные слова, чтобы я запуталась.

— Ап… ап… — я замялась, чувствуя, как слова ускользают. — Аппликация!

— Аптека.

— А… а… алпирантор

Он засмеялся — громко, свободно, так, что его смех разнёсся по карете, заставляя стены дрожать.

— Ты придумываешь слова.

— Нет! — возмутилась я, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Это настоящее слово! Я слышала его в детстве! Моя бабушка говорила!

— Твоя бабушка говорила «алпирантор»? — он приподнял бровь, и в его глазах заплясали искорки.

— Да! — я скрестила руки на груди, чувствуя, как внутри закипает злость. — Это древнее слово. Означает… ну… нежность. Или что-то такое. Неважно.

— «алпирантор» не существует, — сказал он, качая головой, и в его голосе была такая уверенность, что я почувствовала, как внутри поднимается протест.

— Существует! — я почти кричала. — Я только что его придумала! То есть я не придумала! Оно было! Просто ты его не знаешь, потому что ты — дракон, а не филолог!

— Я — дракон, который говорит на десяти языках, — он усмехнулся. — И я уверен, что «алпирантор» — это выдумка.

— А вот и нет! — я наклонилась вперёд, чувствуя, как азарт захватывает меня. — Если я скажу это Лиссе, она подтвердит!

— Лисса скажет всё, что ты попросишь, — он покачал головой. — Она твоя подруга. Но это не значит, что слово реально существует.

— Тогда давай проверим! — я чувствовала, как внутри закипает азарт. — Когда приедем, я спрошу у твоих советников. Они же умные. Они знают все слова!

— Мои советники тоже скажут всё, что я прикажу, — он усмехнулся, и я поняла, что он снова дразнит меня.

— Это нечестно!

— Это политика, — он пожал плечами. — Но я признаю твою победу. Ты придумала слово, которого нет, но сделала это с таким упорством, что я не могу не восхищаться.

— Я не придумала! — я ударила его подушкой, которая лежала на сиденье. — Оно существует!

Он рассмеялся, прикрываясь руками. Карета наполнилась звуком нашего смеха, и я чувствовала, как внутри меня разливается тепло, которое я чувствовала только рядом с ним. Тёплое, как шерстяной плед в холодный день.

— Достал, — сказала я, откидываясь на спинку сиденья.