Он задумался, поглаживая подбородок. В его глазах что-то загорелось — азарт, который он явно не мог скрыть. Дракон, который соскучился по настоящим делам.

— Я придумал, — сказал он наконец. — Решу эту проблему. Сыну не скажу, не беспокойся. Ему и без того забот хватает. Пусть разбирается со своим отбором, с Валерией, с её дядей. А это — моё.

— Как? — не удержалась я.

— Без вреда, — он улыбнулся — загадочно, по-драконьи.

Я хотела спросить ещё, но в этот момент в сад вошёл Клаус.

— Отец! — он улыбался — открыто, искренне, как ребёнок. Только радость. — Я думал, ты будешь только завтра.

— Решил сюрприз сделать, — Кассиан пожал плечами. — Соскучился. Да и мать волнуется. Велела проведать. Сама прибыть не решилась. Сказала, что взглянет на сына, и никому не отдаст.

— А ты… — Клаус перевёл взгляд на меня, и его улыбка стала другой — растерянной, смущённой. Он явно не ожидал меня здесь увидеть. — Мила? Ты здесь…?

Я низко поклонилась Кассиану — так низко, как только могла. Потом выпрямилась.

— Простите, что отняла время, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне пора готовиться к вечернему испытанию. Не смею больше вас задерживать.

— Мила, подожди, — позвал Клаус. В его голосе было недоумение.

Но я уже шла к выходу, чувствуя, как горят щёки. Не оборачивалась. Шла быстро, почти бегом, пока не скрылась за поворотом. Сердце колотилось так, что я слышала его удары.

— Что с ней? — услышала я голос Кассиана. — Она всегда такая нервная?

— Не всегда, — ответил Клаус, и в его голосе была усталость. — Только когда я рядом.

Кассиан усмехнулся.

— Знакомая история. Напомнило кое-кого из прошлого. Ты главное не дави. И не ложись к ней в кровать голышом, землянки это не любят.

— Отец!

Я вылетела из сада, прижалась спиной к холодной стене и выдохнула. Воздух обжёг лёгкие — то ли от быстрого бега, то ли от всего, что навалилось.

— Вот это утро, — прошептала я. — Просто… невероятное утро.

Сердце колотилось где-то в горле. В голове крутились обрывки разговоров, чужие тайны, чужие страхи. И надежда — хрупкая, тонкая, как паутина после дождя.

Может быть, Кассиан действительно сможет помочь. Может быть, всё наладится. Элинор и Алдион будут вместе.

А может быть, я снова вляпалась в очередную историю, из которой нет выхода. Может быть, Кассиан просто проверяет меня. Может быть, я зря ему рассказала. Нет. Не зря. Он — легенда. Он объединил кланы. Он — отец Клауса. Если он захочет помочь — поможет. А если нет…

В любом случае, вечером — новое испытание. Какое — неизвестно. Судьи хранили молчание, и это молчание пугало больше любых объявлений. А до него нужно отдохнуть. Успокоиться. И перестать думать о драконах — о старом, о молодом.