— Именно так. Всё готово.

— Вот и хорошо, — нервно улыбнулся Гай Катулл, прислушиваясь к советам своих электронных помощников. — Не обращайте внимания на мои бредни. Я всего лишь прочитал про какой-то первый клинок Выродка и про то, что у другого Змия, Романа Чёрного, собираются удалить сердце. Он якобы наследник какого-то Кудеяра, а когда его сердце съест больной Ёж, то он сразу выз... пойдёт на поправку.

Услышав эти слова, Костомаров издал такой громкий, надрывный крик, что с потолка посыпались кости. Офирец воспользовался моментом и тут же попятился, не забывая при этом выражать своё недоумение.

— Что с вами, Леонид Исакович? Вам плохо? Я могу послать за командой врачей. Скажите же: что случилось?

Кукла не слушала. Подхватив с пола кувалду, она бросилась к фиксатору и принялась крушить оборудование направо и налево.

— Вот тебе, вот! Вся твоя память! Все твои знания! Обманул меня! Думаешь, всё?!! А ничего не всё!!! Ты сдох! Тебя нету!!! Упокойся же в забвении, тварюга стоглавая!!! Ненавижу!!! Как же я вас всех ненавижу!!!

— Леонид Исакович, не переживайте вы так. Всё будет хорошо! — демонстративно махая руками, упрашивал его Гай Катулл. Он был уже почти у самого выхода. — Лучшие врачи. Лучшие условия. Никакого Альцгеймера и Паркинсона, только веселье и бурный секс. Любое тело, любое удовольствие, я сейчас...

Он резко обернулся назад и увидел перед собой крепкого, низенького старика в старомодном костюме. Запоздалый визг в голове принёс знание, что это никто иной, как сам Достоевский, но было уже поздно.

— А вот и Федя! — старик улыбнулся и сделал шаг назад, убирая при этом правую руку.

Гай Катулл машинально опустил взгляд вниз, на свой живот, а затем увидел тёмное пятно на своей безупречной мантии. Глубоко вздохнул и огорчённо посмотрел на оружие старика. С виду обычный охотничий нож, разве им можно проткнуть? Так почему же его ранили, да ещё так позорно?

«Это Мучитель, — услужливо подсказал анализатор. — Уникальный парный исторический артефакт, принадлежавший Хозяйке Востока. Запрещён в тридцати окрестных мирах. Обладает свойством растягивать момент смерти до бесконечности. Некоторые исследователи сравнивают его действие с наблюдением за падением материального объекта в чёрную дыру...»

Гай Катулл пошатнулся. Всё вокруг окутала красная пелена. Она густела и дрожала, а затем ему почудилось, будто он сам превратился в кровавый студень, но это была ещё не смерть, это было только предчувствие. Он чувствовал, как упал на костяной пол, ощущал, как растекался по нему, проникая в каждую косточку и каждую мельчайшую щель, а затем вдруг увидел бункер со стороны. Там везде был кровавый студень. Не осталось никого. Ни одного офирца. Все спецназовцы бесследно пропали, и только студень тёк по многочисленным коридорам, заполняя собой всё пространство от пола до потолка. Это было ужасно, но самое ужасное — весь этот студень двигался в одну сторону. Он утекал в Гарганту, а через какое-то бесконечное время Гай Катулл сам присоединился к основному потоку. Запоздалые, липкие мысли принесли понимание, что так или иначе он вернётся на Родину, но вот обрести новое тело — такой возможности у него уже никогда не будет.