По пути ему попался один из поверженных Мафусов — над его могучей тушей трудилась, наверное, целая сотня скоморохов, вооружённых топорами и кровохлёбками. Валера отметил про себя, что не больно-то врагам их живое чудо-оружие помогало. Шкура у древних леших не уступала по крепости железному дереву, а чтобы добраться до сладкого ихора, нужно было очень долго рубить. Впрочем, у кого-то и получалось, и тогда возле свежей раны, откуда капала густая тягучая жидкость жёлтого цвета, начинались драки не на жизнь, а на смерть.
Скольких они уже успели повалить? Двоих? Ну явно же не из-за мёда они припёрлись.
Валера покружился вокруг издохшего реликта, отмечая, что варварское бортничество не обошлось без потерь. То тут, то там на побегах, похожих на молодой бамбук, висели мёртвые музыканты, видимо, защищавшийся реликт успел высосать их тела досуха, но всё же, какими бы сильными ни были эти громадины, скоморохи их одолеют, это к гадалке не ходи.
Мимо него с криками и визгами пробежал скоморох с неестественно раздувшейся головой. Через несколько шагов он взорвался, разлетевшись на кровавые лоскутки. Валера остановился, посмотрел в другую сторону и увидел, как скоморохи с топорами, ещё недавно так увлечённо рубившие древнюю деревяшку, побросали свои инструменты и с криками разбегаются в разные стороны. Интересно, сколько из них выживет? Насекомые, живущие на теле Мафусов, необычайно ядовиты. Потеряв кормильца-хозяина, они будут защищать остатки ихора до самой последней капли. Ведь кто знает, может, Мафус и не сдох, может, он ещё прорастёт, пустит поглубже корни в каменистую землю и заляжет в спячку, ведь леших так трудно убить окончательно. Именно поэтому их стараются сжечь и превратить в пепел. А то ведь, помнится, даже обугленные головёшки, и те, бывалоча, прорастали.
Оставалась ещё робкая надежда, что всё увиденное им — лишь очередной кошмар Колокольного, но когда Валера добрался до круга и увидел Романа Чёрного, то ему стало окончательно ясно — всё правда, всё происходит на самом деле, и, скорее всего, в самом ближайшем времени ему придётся с сожалением наблюдать смерть товарищей.
Увы, но этот огненный Змий не был наивной и доверчивой девочкой. Он обложил защитный круг безумного Ежа собственным колдовским построением и только потом уже заявился поговорить. Место, где находился Падла и послушно стоял самый большой из Мафусов, было огорожено столбами из чистого изумруда. Соломоновы — догадался Валера и затосковал, значит, сбежать не получится. Эти древние артефакты создал некогда сам царь Соломон, усмирявший с их помощью самых опасных джиннов. Столбов в мире существовало совсем немного, и на каждом была вырезана особая колдовская печать, но собери их вместе, да хотя бы и не все, а только часть, и в твоих руках окажется грозная сила. Поставь их вокруг жилища — и ни один демон не подойдёт, ни один колдун не приблизится, но уж если решил кого-то запереть, ставь вокруг него столбы смело. Они невысокие, сажени три всего, но зато тот, против кого ты их поставишь, станет покорнее робкой лани, так, по крайней мере, про эти артефакты писали в старинных иудейских рукописях. Теперь бесполезно колдовать супротив Романа. Даже отец не придёт на выручку. Внутри столбов властвует только тот, кому эти столбы принадлежат. Если со стороны непредвзято посмотреть, то налицо стандартная осада крепости, когда осаждённых со всех сторон обносят рвами, рогатками и всякими фашинами, подготавливая позиции для артиллерии, потом пушки подвозят, пристреливаются, ломают самую слабую стену и — вперёд на штурм. Ну или морят голодом защитников, пока те сами не выбросят белый флаг и не поднимут вверх лапки. Только со столбами Соломона всё не так: только выйди из защитного круга — и тебе крышка, причём без разницы где, на земле, под землёй или в воздухе. Стопроцентное преимущество у осаждающих, да ещё Мафус, в котором притаился Денис, не под защитой круга. На что же они надеются?