И тут Валера отчётливо услышал заунывный и тягучий звон колокола. Всё вокруг тут же поблёкло, фигуры Дениса и Падлы стали какими-то искривлёнными и смазанными, они стали двигаться очень медленно, словно бы он смотрел фильм при замедленном воспроизведении, а воспоминания из бесконечных кошмаров принесли ёмкую и единственную мысль — Кудеяр.
«Это прозвучал Безмолвный Колокол с его колокольни», — запоздало и обречённо подумалось ему. Звук, издаваемый им, вызывает у всего живого паралич и галлюцинации, постепенно погружая в Навь, словно в трясину. Сопротивляться бесполезно. Порождения Нави редко способны видеть людей, пока те находятся в своём мире, для того и был сотворён этот колокол. Он отлит из чёрной бронзы и украшен пластинами из камня, которого не найти ни на Земле, ни в окрестных параллельных мирах, ибо каждая пластина сама по себе литофон, а все вместе они порождают совершенно уникальный звук. Это не просто колдовство, звуковые колебания искажали само пространство и позволяли Нави свободно нападать на тех, кто услышал колокол. Валера знал это. Артефакт создал не Кудеяр, а, вероятно, ещё самый первый Колокольный мертвец, тем удивительней был тот факт, что он решился его использовать. Он ведь был единственным из Колокольных, кто не кормил Навь человеческими душами. Ему это было не нужно. Он перестал взаимодействовать с Земным миром, едва только занял свою должность, и единственный, кто с ним заключил договор за всё время его бытия или, точнее, небытия, — это его родной сын Станислав.
Снова ударил колокол. Валера почувствовал, как с его взора падает пелена и всё вокруг становится видно далеко-далеко и в мельчайших подробностях. Он увидел, как скоморохи пригнали к живой крепости целые орды невиданных зверей и пытаются прорваться внутрь, а дети Выродка с трудом удерживают оборону. Скоморохи и твари, которыми они управляли, совершенно обезумели от страха и ярости, ведь позади них — не одна, а десятки колоколен, причём это не стандартные постройки из гнилых и обожжённых брёвен, нет, новые колокольни были из чего попало: из песка, из камней и даже из сухого навоза. Кривые, покосившиеся и убогие, но тем не менее смертоносные. Они испускали загадочное чёрное сияние, и у каждой, у основания, имелись ворота, откуда медленно и неспешно выезжали призрачные всадники. Навь. И их было не счесть. Да никто их никогда не считал, этих вечно голодных, озлобленных на весь мир вечных страдальцев. Кто-то из древних мудрецов утверждал, будто бы мир Нави — тесный и маленький. Этакий пыльный чулан между нормальными и привычными пространствами, но посиди-ка в таком чулане тысячи лет, и любой озлобится. Навь приходила по велению Колокольных и забирала к себе всех, кто услышал звон колокола. Кажется, писатель Эрнест Хемингуэй тоже кое-что знал. По ком звонит колокол? А? Всегда есть вероятность, что он звонит именно по тебе, предвещая о скорой смерти. Но дети Выродка сами с усами и смерти не боятся. Правда, и отбиться от такой орды Нави они не смогут. Никто не сможет. На что же тогда рассчитывает безумный Ёж? Есть ли у него запасной план? Сейчас самое время драпать.