— Не буду я дальше читать, понял? — крикнул он. — Я лучше им защиту поставлю. Слышал про Акесо? Нет? Так скоро услышишь. Раз ты со своей стороны им вредишь, так я наоборот сделаю. Вот погоди у меня, ужо!
Он погрозил кулаком скелету, а потом сплюнул в сердцах.
— Тьфу! По ихнему уже заговорил. Во как начитался, говна всякого.
Нет, он понимал, что препирательства с мёртвым богом бессмысленны. Ну покричал немножко, посотрясал воздух, а дальше что? Чего ты этим добьёшься? Выродок тебя не услышит, он там, в прошлом, и они в прошлом, но зато известно теперь, что это за прошлое такое. Город Верхотурье. XVII век. Царствование Алексея Михайловича, Царя Тишайшего. Значит, осталось выяснить, когда там пожар был, и все сопутствующие моменты, а для этого требовалось подключиться к центральному архиву.
Ну, не то чтобы у него не было своей библиотеки в хранилище, конечно же была, но как-то грешно было не воспользоваться автоматизированной системой восьмого отдела. Этот, как его? Мейнфрейм? Такой здоровый, в Москве, под зданием МГУ спрятанный. Там любая секретная информация в лучшем виде, за две минуты. Только успевай на терминале запросы делать. Сейчас он всё узнает про Верхотурье и Рожу эту...
Однако в комнате с терминалом его ждал сюрприз. Система отказалась работать и на все запросы отвечала коротко: «Invalid».
— Кто инвалид? Я инвалид? — возмущался пьяный пенсионер. — Я тебе покажу, железяка сраная!
Ругаясь, он притащил к терминалу телефон с множеством кнопок и принялся искать на терминале подходящий разъём. Потом снял трубку и, убедившись, что устройство работает, принялся нащёлкивать номер. Услыхав короткие гудки, снова выругался и принялся набирать другой. Наконец на другой стороне кто-то соизволил взять трубку.
— Алло, дежурный? Мне нужен доступ к центральному архиву. КБ-НН-ДК-ФР № 150-04... Да мне похеру, что вы на консервации, тебе запрос по спецсвязи. Какая у меня модель?
Он скосил глаза на телефон.
— Элетап-3... Что значит, пошёл на хуй? Ты у меня сам туда сейчас сбегаешь... Распустились, сукины дети...
Он с огорчением убрал трубку от уха и прислушался к коротким гудкам.
— Так, ладно. Сейчас позвоним кому повыше.
Пальцы вновь защёлкали по многочисленным кнопкам. Фёдор Михайлович поднял трубку и зачем-то сверился с наручными часами. Ага, пошли гудки.
— У аппарата...
Голос на другой стороне трубки был заспанный.
— Михаил Юрьевич, спешу доложить вам, что стожары моментально впадают в депрессию вследствие особой чувствительности к пробиотикам... — сообщил в трубку пенсионер.
— Кто это говорит? — голос из трубки стал моментально властным и требовательным.