Валентайн цокнул и повернулся ко мне.
— Верхом или на повозке? — спросил он. — Подсказка: верхом быстрее.
— А на повозке я уже вчера каталась, — согласилась я, шагая за парнем в сторону конюшни.
— Умеешь ездить? — удивился он.
— У меня богатая биография, — хмыкнула я.
— Боюсь даже представить, — пробормотал Валентайн.
В итоге спустя полчаса из Темнейшей академии выехали двое — я на серой лошадке, которой запретила колоть транквилизаторы, и Валентайн на гнедом коне. Конь, кстати, был из той особенной непугливой породы. В итоге моя серость задала такого стрекоча, в попытке удрать от темного мага, что до города мы домчали на третьей магической скорости.
Вчера я не успела как следует рассмотреть городок, а сегодня поняла, что смотреть-то и нечего. Небольшой вокзал, ратуша, рынок, кофейня, трактир, пара мастерских и магазинчиков, и, в общем-то, и все. Я ожидала, что возле Темнейшей академии будут жить исключительно темные маги, но здесь жили и обычные люди, и даже один светлый маг затесался — начальник городской стражи. Пьяница, бездельник и взяточник.
Мы спешились и оставили лошадей в таверне. Валентайн ловким, привычным движением кинул монетку мальчишке-конюху и кивнул на вход:
— Завтрак?
— Да, было бы неплохо, — согласилась я, внезапно не вспомнив, когда последний раз ела.
В таверне было удивительно прилично. Строго говоря, ее даже таверной нельзя было назвать — слишком чисто было внутри. Чистые столы, никаких подозрительных личностей, опрятные подавальщицы.
— Нам два завтрака, будь любезна, — подмигнул он хорошенькой девице в фартуке, приобняв за талию.
— Сию секунду! — хихикнула та и упорхнула.
— Ты со всеми девушками так обходителен? — спросила я, занимая столик у окна с веселенькими занавесками.
— О нет, — усмехнулся он. — Только с теми, кому хочу вложить в кармашек лишнюю монетку.
Я удивленно приподняла брови.
— Хозяин не любит, когда я приплачиваю его персоналу.
— Оу.
Я рассматривала утренний город в окне. Напротив таверны открывалась пекарня, туда уже успело зайти несколько человек, а один мальчишка выбежал, на ходу надкусывая горбушку хлеба. Было в этом что-то умиротворяющее, родное. Если забыть о том, что напротив сидит темный боевой маг, а сама я прячусь от Бешеного принца в Темнейшей академии.
— О чем задумалась? — нарушил тишину Валентайн.
— Ни о чем, — соврала я.
От дальнейшей беседы меня спас завтрак. Впрочем, это было что-то ближе к обеду: яичница из пяти яиц на сале, каша с орешками и фруктами, нарезка буженины и свежий хлеб. Огромный графин морса и по маленькой чашечке кофе каждому.