Я никогда раньше не проводила ночь так — когда нежные поцелуи перетекают в тихую страсть, в шёпот, или просто в молчаливое лежание рядом.
Пугает, насколько легко я могла бы к этому привыкнуть.
Я переворачиваюсь и потягиваюсь, и Генри тут же тянет меня обратно к себе, утыкаясь лицом в мою шею. Моё тело ноет, мышцы растянуты, кожа искусана и обожжена щетиной, но я чувствую себя готовой к новому дню.
Краем глаза я вижу ровное пульсирование его тёмно-фиолетовой ауры. Но что-то ещё привлекает мой взгляд. Я щурюсь, пытаясь понять, что вижу, и у меня проваливается желудок. Длинные, обожжённо-оранжевые нити тянутся из фиолетовой ауры, едва заметно скользя по моей коже.
Моя кровь холодеет. Страх вспыхивает во мне так внезапно, что я вырываюсь из постели и вскакиваю на ноги раньше, чем Генри даже успевает понять, что я вне его досягаемости.
— Что происходит? — сонно говорит он.
Я игнорирую его, лихорадочно оглядывая свою комнату в поисках хоть какой-нибудь одежды. Я врываюсь в шкаф, натягиваю первый попавшийся комплект белья и поверх него надеваю ярко-синее платье. Я надеваю сапоги и прячу клинок в правый сапог, затем хватаю плащ с крючка у двери шкафа.
Я невероятно глупа. Аура Генри необычна не потому, что он Бессмертный. Она необычна потому, что он дважды благословлён.
Мой разум лихорадочно вращается. В галерее в Маунтин Хейвен он выглядел гордым не потому, что мне понравились работы его сестры. Он был горд потому, что они были его. Они были созданы его благословением Полма. Магия его искусства не имела ничего общего с даром его сестры к защите и полностью была связана с его способностью читать и управлять эмоциями. Вот почему он так хорошо знал, что делает каждая из них, и как читать мою реакцию.
Когда я выхожу из шкафа, моё сердце колотится так, словно я только что пробежала всю городскую стену.
Генри сидит на кровати и смотрит на меня с тревогой.
— Что случилось? Куда ты…
— Ты мне солгал.
Он на мгновение замирает совершенно неподвижно. Затем резко вскакивает на ноги.
— Не уходи пока.
Я уже на полпути к двери.
— Я могу объяснить.
Он бросается вперёд и тянется ко мне, но я резко разворачиваюсь, уходя от его рук. К несчастью, этот манёвр ставит его между мной и дверью.
— Как тебе удалось так хорошо это скрыть? — спрашиваю я.
Я начинаю ходить к окну и обратно. Но я ведь видела это или, по крайней мере, намёк на это. Первое, что я заметила в нём, было то, что его аура необычного оттенка тёмный, обожжённый сливовый. Он спрятал магию Полма внутри магии Элводина. Теперь, когда я увидела это, я могу вспомнить по меньшей мере десять других раз, когда должна была заметить.