От этой мысли у Симы перехватило дыхание. Она сбавила шаг, невидящим взглядом уставившись на витрину галантерейного магазина. Шум Садового кольца вдруг показался ей далеким и несущественным, словно глухой шум прибоя. В ее воображении, ярком и отчетливом, уже вырисовывалась совершенно иная жизнь — жизнь женщины, у которой есть квадратные метры, а значит, есть будущее.
Она живо представила, как обустроит эти хоромы. В своей нынешней, похожей на темный пенал комнатке она оборудует спальню. В углу, где стоит табурет, поставит детскую кроватку, непременно белую, с точеными прутьями. А рядом будет стоять ее кровать, застеленная новым, еще пахнущим фабричной краской покрывалом. А вот огромная и светлая комната Зубкова, станет настоящей залой. Центром ее маленькой, чарующей империи.
Там она поставит круглый стол, накроет его плюшевой скатертью с бахромой, а сверху обязательно водрузит пузатый графин красного стекла. Купит буфет. Может быть, даже подержанное пианино, если повезет с комиссионкой. Пусть ребенок с малолетства приобщается к культуре, назло этому франту Валику, который брезгует ею, простой телефонисткой. Она вырастит малыша так, что этот стиляга еще локти кусать будет, глядя, какого наследника потерял. Мальчик будет одет с иголочки, в матроску, и ходить в музыкальную школу.
Но главное — ее собственная судьба. Сима машинально поправила выбившуюся из-под платка прядь, и на ее бледном лице отразилась спокойная, расчетливая уверенность. С двумя комнатами в престижном районе она станет завидной невестой. Никаких больше мимолетных романов в подворотнях или тайных ночных свиданий с такими пустышками, как Осокин.
Москва переполнена одинокими, измотанными неустроенным бытом мужчинами. Возвращаются фронтовики, приезжают командировочные, инженеры ютятся по общежитиям в надежде на свой угол. Какой нормальный, крепко стоящий на ногах мужик откажется от хозяйственной, привлекательной бабы, да еще и с собственной жилплощадью? Да за ней очередь выстроится. Она сможет выбирать. Найдет себе серьезного, непьющего, в годах, желательно с какой-нибудь руководящей должностью или военной пенсией. Он станет отличным отцом ее ребенку, будет приносить зарплату в дом, а по вечерам они будут чинно пить чай в большой светлой зале.
Она вырвется из этой нищеты. Вырвется из унизительного статуса «брошенки-телефонистки», отвоюет свое женское счастье. И ключом к этому счастью станет двуличный мужик, который сейчас разыгрывает спектакль про кладовщика.
Сима выпрямила спину, одернула кофту на животе и уверенно, печатая шаг, зашагала к дому. Жизнь только начиналась, и теперь все козыри были в ее руках.