Я улыбаюсь.
– Тем более тебя не будет всего день или два, так что, думаю, ты проживешь и без меня.
Он скрипучим голосом говорит:
– В этот раз мне придется остаться там на какое-то время.
– Какая преданность. Пахан должен быть горд, – дразню его я.
От нервного сглатывания у него подскакивает кадык. Я встаю на цыпочки, обвиваю руками его шею и целую.
– Я понимаю, – шепчу я, касаясь его губ своими. – Мне тоже не хочется, чтобы это заканчивалось. Но может, скоро Пахан даст тебе еще один отпуск. Раз я ему так сильно нравлюсь.
С легким стоном он накидывается на мой рот с отчаянным поцелуем и откидывает меня назад, держа за талию и пожирая меня. Когда мы останавливаемся, чтобы отдышаться, я смеюсь.
– Надо почаще посылать тебя в продуктовый!
Он снова смотрит на меня с этим страдальческим выражением, а потом резко меня отпускает и выходит за дверь. Глядя ему вслед, я думаю, не пойти ли за ним, но решаю дать ему время побыть наедине с собой. Я разбираю продукты и возвращаюсь к блокноту.
* * *
Этой ночью он так свирепо меня трахает, что мне становится страшно.
Потом мы лежим в темноте, задумчивые и потные, переплетясь ногами и руками. Его сердце бьется под моей щекой. Мне хочется что-то сказать, но я не знаю что, так что просто тихо лежу в его сильных объятиях.
Ближе к рассвету он встает с постели и, не одеваясь, подходит к окну. Он смотрит вдаль, сжимая и разжимая кулаки, как будто хочет кого-то ударить.
– Милый? Возвращайся в постель.
Он, не поворачиваясь, произносит:
–Позволь задать тебе вопрос,malyutka . Если бы у тебя был выбор – обеспечить чему-то очень для тебя ценному безопасность, но при этом отпустить от себя или держать при себе, но подвергать перманентной опасности: что бы ты выбрала?
– Гипотетически?
– Да.
– Например, если бы это был ты?
Он упирается рукой в стену, вешает голову и кивает. Его поведение меня пугает. Я понимаю, что это не просто гипотетический вопрос. Он взвешивает варианты, и это имеет какое-то отношение ко мне.
Я твердо отвечаю:
– Подвергла бы опасности.
Он гулко и невесело смеется.
– Нет, неправда. Ты не такая эгоистичная.
–Нет, такая.Такая .
Он поворачивается ко мне. В нарождающемся сером свете он так же красив, как и всегда. Его глаза горят.
– Раньше ты мне никогда не врала.
– У меня не было в этом необходимости. Что происходит?
Он не отвечает. Избегая мой взгляд, Мал исчезает в гардеробе и вскоре выходит полностью одетый. Вылетаю из кровати, как только остаюсь одна в спальне, быстро одеваюсь и иду за ним, стараясь не паниковать. Нахожу его у кухонной раковины. Он смотрит вниз, не двигаясь.