– Что произошло?
Послушав его рассказ секунд тридцать, впадаю в такую ярость, что готов раскрошить телефон в руке. Сквозь стиснутые зубы скрежещу:
–Как этот хер пробрался?
– Я не знаю. Мы все заперли. Ни одна сигнализация не сработала. Он просто призрак.
– Киран?
– Лежит. Пока дышит, но выглядит не очень хорошо.
Он еще раз вздыхает, набирая в легкие воздух:
– Есть еще кое-что. Это плохо.
Собираюсь с духом, готовясь к худшему. Интуиция меня не подвела.
– Прежде чем русский гад сбежал с Райли… Я…
У него ломается голос.
– Я случайно ее подстрелил. Пуля предназначалась ему, но она встала на пути.
Шумно выдыхаю, услышав новость. Вся жизнь проносится перед глазами. Когда Слоан обо всем узнает, нам конец. Кирану, Пауку, всей команде. Включая меня. Мне удается выдавить:
– Она жива?
– Я не знаю. Было темно. Черт, босс. Мне так жаль. Я убить себя готов за это.
По непередаваемой тоске в его голосе не остается сомнений, что это чистая правда. Но его раскаяние пока подождет. Сначала нужно разобраться с гораздо более насущными вопросами. Еще раз тяжело вздыхаю и перехожу в командирский режим.
– Отвези Кирана в больницу. Когда его подлатают, просмотри камеры. Попробуй понять, как этот сукин сын оказался внутри. Потом все сотри и сожги. Понял?
– Да.
– Позвоню тебе через два часа. До этого ни с кем не разговаривай.
Я отключаюсь ровно в тот момент, когда в комнату заходит Слоан. Она одним коротким взглядом окидывает мое лицо и говорит:
– Твою мать.
Это одновременно и проклятье, и благословение, что ей так просто удается читать все по моему лицу.
Убирая телефон в карман, медленно подхожу к ней, выдерживая ее испуганный взгляд.
– Сейчас я скажу тебе очень неприятную вещь. Тебе лучше присесть.
Вместо этого она проглатывает виски.
– К черту это, гангстер. Мне лучше думается на ногах.
Тянусь к ней, но Слоан одним жестом останавливает меня.
– Просто говори прямо. Что там?
Медленно выпускаю воздух из легких. Мне хочется заключить ее в объятья и наговорить сладкой лжи. Но так она еще больше разозлится. Стараясь говорить ровным тоном, объясняю:
– Малек нашел явку в Бостоне. Проник внутрь. Была перестрелка. Он ушел… И забрал Райли с собой.
У Слоан от лица отливает вся кровь. Она стоит, не двигаясь, и лишь вена судорожно пульсирует у нее на шее. У нее выходит лишь медленно повторить в ответ:
– Забрал. С собой.
Черт, как же тяжело к ней не прикасаться.
– Ну да.
– Куда?
– Мы пока не знаем. Но мы найдем ее!
Выдерживаю паузу, чтобы она успела все осмыслить, а потом продолжаю:
– Ее ранили, милая. Подстрелили.
Слоан роняет пустой стакан на пол и зажимает руками рот. Сдерживаться больше не могу. Я должен ее обнять. Хватаю ее и крепко прижимаю к себе, обвив руками и наклонившись пониже, чтобы быстро прошептать на ухо: