Мал отправляется в ванную. А я остаюсь распластанной на кровати, придавленная зрелищем его тела и единственным словом, которым он объяснил кровь.
Работа. Он сегодня работал. Делал киллерские дела. Убивал людей.
Мой мозг отказывается это осмыслить. В голове просто не совмещается образ нежного, внимательного и заботливого парня, который промывает мне раны и кормит супом, и Мала-убийцы, который убивает людей за деньги. Который приехал на Бермуды убить Деклана. Который то ли хочет, то ли не хочет убитьменя .
Я нахожусь в тысячах километров от дома, раненая, страдающая от боли, в незнакомой стране, куда меня ввезли в бессознательном состоянии, с перспективой умереть от осложнений после пулевого ранения, которое мне нанес мой телохранитель, или подпольной операции, проведенной, чтобы меня спасти. Это тупо перебор.
Вновь непроизвольно начинаю плакать, ненавидя себя за каждую упавшую слезу.
Слоан бы не расплакалась в такой ситуации. Непробиваемая сучка уже бы собрала экстренное средство передвижения из лосиной головы и подожгла бы эту хижину.
Когда Мал возвращается в спальню, я закрываю лицо руками и судорожно, тяжело вздыхаю. Он отрывает руки от моего лица и смотрит в глаза, полные слез. А потом говорит что-то нежное и успокаивающее по-русски, но я не понимаю ни слова.
– Ты же знаешь, что я не понимаю, о чем ты говоришь.
– Да. Поэтому и не сказал это по-английски.
– Это не очень красиво.
– Ты бы так не думала, если бы поняла.
Молча смотрю на него, закусив губу. Его гладкие мокрые волосы зализаны назад. На нем только белое махровое полотенце, обвязанное вокруг талии. От него пахнет чистой кожей и здоровым мужчиной в самом расцвете сил, и, Боже милостивый, я больше ни секунды не в силах на него смотреть. Закрываю глаза, отворачиваюсь и шепчу:
– Зачем ты привез меня сюда?
Он аккуратно складывает мои руки мне на грудь и садится рядом. Чувствую его взгляд на своем лице, но отказываюсь открывать глаза. Через секунду он задает свой вопрос, проигнорировав мой.
– Почему ты бросилась под пулю?
– Я не знаю.
– Знаешь. Скажи правду.
Его голос тихий и просящий. Невольно представляю, как эти прекрасные зеленые глаза смотрят на меня со своей привычной пронизывающей насквозь силой. Как бы мне хотелось не выглядеть сейчас так, будто я спала под мостом!
Делаю глубокий вдох, потом выпускаю воздух и говорю ему нелепую правду таким тонким голоском, чтобы едва было слышно.
– Я не хотела, чтобы ты погиб.
Он долго и напряженно молчит. Вздыхает. Потом подносит мою руку к губам и целует ее, мягко касаясь губами костяшек, затем переворачивает ее и прижимается губами к моей ладони.