— Если бы всё было так просто, вы бы отдали за него одну из настоящих княжен, а не меня. В чём подвох? Кроме того, что вы хотите пустить на наши земли чужую армию?
«В то время, как рок или чья-то злая воля убивает детей князя одного за другим», — хотела добавить она, но удержалась.
— Вам во владение будет выделена Кольжская волость, — взял слово Димитрий. — И вам запрещено её покидать.
Нарья попыталась вспомнить, где находится волость, но не смогла. Видимо, так далеко от столицы, что на картах её нужно искать особенно тщательно.
— Свадьба эта — дело решённое. Матушка уже собирает приданое. После свадьбы вы отправитесь в свою волость. Ступай, подготовься.
Все, кроме Митрия, вмиг отвернулись. Она всё ещё находилась в комнате, но словно перестала существовать. Сочувствующе улыбнувшись, Митрий коротко поклонился и вернулся на своё место у ног будущего князя.
Служанка указала на двери, и, резко развернувшись, Нарья вышла из комнаты. Бездумно ступая следом за служанкой, она не видела обновлённого новой княжной убранства палат, делегации из Капитула в диковинных одеждах и косых взглядов дворян, ожидавших окончания собрания.
Только когда двери горницы закрылись и Нарья осталась одна, она позволила себе обессиленно опуститься на пол.
С самого первого появления Нарьи в палатах, когда бабушка ворвалась на свадебный пир и заставила князя Дмитрия признать дочь, она была обречена на заточение. В ведьмовском лесу её пусть и не слишком любили, но никогда не запирали, за исключением моментов наказаний.
Но здесь в первый же вечер её проводили в дальние палаты, завели в комнату под крышей и заперли дверь, не оставив даже свечи. Она плакала, просила её отпустить, обещала, что уйдёт и никому не доставит проблем, не понимая, что стала проблемой ещё до своего рождения.
Позже к ней приставили нянечку Агафью, а во время редких выездов её сопровождал дядя, княжич Василевс. Хмурый, немногословный мужчина наводил ужас на маленькую Нарью. Смотрел исподлобья, но был единственным из родственников, кто хорошо к ней относился.
Бабушка хотела, чтобы Нарья оставалась при дворе, и Нарья оставалась. К счастью, её не пытались выдать замуж, предпочитая забыть о её существовании, словно она сор, который можно просто замести под ковёр. Когда очередная новая княжна нарекла Нарью старой девой, та не противилась. Она готовилась бежать.
Самое сложное — это обмануть бабушку.
Дядя раздобыл книги о магии, позволяя Нарье учиться и развивать мастерство. Нянечка Агафья, хоть и боялась гнева ведьм, помогала ей. Несколько лет Нарья шила и зачаровывала куклу, набив её своими волосами, ногтями и кровью. Оставалось совсем немного, и кукла приняла бы образ Нарьи, став живой заменой, а сама женщина ускользнула бы под видом одной из служанок. Только этой надеждой она и жила последние годы, когда после смерти нянечки осталась одна.