— Изма! — всплеснув руками, объявила она, счастливо улыбаясь. — Но дальше мы не пойдём, там жуть. Вон, смотри!
С трудом совладав с трясущимся от холода телом, Нарья повернулась. Через лес шла многоножка… или многоручка? Существо представляло собой человеческое тело со сросшимися ногами, поднимающееся над землёй, а из его спины рос хвост из человеческих рук. На этих руках оно передвигалось. Оно заметило Нарью и, остановившись, уставилось пустыми, бездумными глазами.
«Если бабушка хочет, чтобы её туманные планы сбылись, могла бы и помочь хотя бы немного, — мысленно проворчала Нарья, замерев, опасаясь спровоцировать неведомое создание. — Хотя зачем? Не справится Нарья — справится дядя Василевс, не справится он — справится какая-то другая ведьма или очередная марионетка бабушки».
— Мне нужны кони, — едва разнимая губы, шепнула Нарья.
— Это будет стоить тебе остатков пальца, — обнажила зубы русалка.
— После того как ты в прошлый раз взяла плату, с меня целое озеро крови натекло, — скосив глаза, сурово посмотрела на неё Нарья, а та беззаботно пожала плечами.
— За ту кровь дядюшка водяной доставил тебя сюда. Давай подровняю, и бух! Ты на коне! — вскинула руки, обрызгивая, взвизгнула русалка. — Если дашь больше, конь тебе подчиняться будет.
— Потрясающе, — вздохнула она и тут же перестала дышать.
Перебирая многочисленными руками, тварь повернулась к ней и, словно сколопендра, начала приближаться.
— Давай коня!
— А совладаешь? Ещё пальчик и…
— Нет! Коня!
Выпрыгнув, русалка отхватила остаток пальца, дёрнув напоследок. От боли потемнело в глазах, покачнувшись, Нарья не упала только потому, что на берег выскочил белоснежный конь, подтолкнув её головой. Многорукая сколопендра замедлилась, наклонив голову набок, оценивая неожиданно появившееся животное.
Размазывая кровь по гладкой белой шерсти, Нарья с трудом взобралась на скакуна, вцепившись в гриву оставшимися пальцами. Постояв ещё мгновение, конь извернулся, как не способно ни одно живое существо с костями, и прыгнул в воду. Она только и успела что припасть к шее дивного скакуна и задержать дыхание.
Ведьме позволение нечисти ни к чему. Одно дело договариваться с водяными и русалками, они разумны и злопамятны, в отличие от более диких и бессловесных созданий. Как Нарья позволила лесу прорасти в неё, так и теперь, переламывая собственные инстинкты, открыла рот, позволяя воде заполнить лёгкие.
Конь стал растворяться в воде, выскальзывая из рук утопающей, когда Нарья втянула в себя потоки энергии. Конь вновь обрёл плоть. Вода стала для неё подобна воздуху. Вода за спиной вздыбилась, призывая табун.