— О Спаситель, дай мне сил, — закатила глаза нянечка, едва увидев вышивку. — Нарья!
— Что? — в тон ей отозвалась девушка, озорно сверкнув жёлто-зелёными глазами. — Ты сама сказала, что я могу вышивать, что захочу, лишь бы вышивала.
— Но не это же! Куда теперь такую страсть девать?
Расправив вышивку на коленях, та улыбнулась своей работе и, заметив близнецов, просияла:
— Я уговорила дядю отпустить меня погулять!
— Днём? — не подумав, переспросил Дарий и тут же прикусил язык, понимая, что сказал.
Нянечка сделала вид, что не услышала, добавив строго:
— Под моим присмотром.
Просияв, Мия подскочила на месте, от души обняв нянечку. Та смутилась, отмахиваясь.
— Ну, полно тебе. Иди собирайся, — но щёки порозовели, ей явно было приятно.
Кивнув Нарье, Дарий поспешил за шляпой. До встречи с княжной переодеваться им было не во что. Нарья отдала Мие несколько платьев, для Дария нашлось некоторое количество ничейных рубах и брюк. Ни разу в жизни у него не было столько одежды. Ни разу в жизни ему не нужно было переодеваться, чтобы выйти со двора. Обычно чистую одежду позволялось надевать только по большим церковным праздникам ради похода в церковь. Но после матушка Анна придирчиво осматривала каждый клочок рубашки, неминуемо находила грязное пятнышко и ставила их на горох, а однажды на соль, в угол на всю ночь.
Мия и Нарья выскочили со двора двумя лёгкими пташками, слово вырвавшимися из тесной клетки. Следом вышла довольная нянечка Агафья, поправляя беленький платок на голове. В самом хвосте тащился Дарий.
Нарья стала их маленьким спасением. Он опасался, что когда она увидит, как к ним относятся местные, она отвернётся. Брезгливо поморщившись, изгонит их из барского дома, сожалея, что пустила на порог.
Оказалось, река принесла речных бродяг. Загорелые, разодетые в яркие костюмы, они жонглировали кинжалами, дышали огнём, устраивая представления на ярмарках. Но чаще всего они торговали. Речной жемчуг, янтарь, шкатулки, ножи с резными, красивыми ручками, травы и высушенные цветы. Чего у них только не было!
Вся деревня собралась на берегу, где несколько барж встало у пирса.
Заметив их издалека, Нарья и Мия, взявшись за руки, побежали вниз с холма, игнорируя окрик няни.
— Осторожнее! Упадёшь!
Во время последней вылазки Нарья кубарем свалилась с ёлки, испортив платье в смоле. Дарий бросился к княжне, думая, что та убилась, но она лежала в хвое и хохотала, словно безумная. Очень быстро выяснилось, что куча эта неспроста тут образовалась, и пришлось бежать до реки смывать муравьев.
От воспоминаний к щекам прилила кровь.