— Надеюсь на это, — отозвалась Мёртвая, стараясь не смотреть на князя.
Прикрыв глаза, он поднял лицо к солнцу, наслаждаясь его теплом. Ветер трепал волосы, задирал выпущенную из-за пояса рубаху. За лето он загорел, и лицо усыпали веснушки. Митрий казался воплощением жизни. Тёплый, живой, его хотелось коснуться, вкусить…
Мёртвая резко отвернулась, поражённая этой неожиданной голодной мыслью.
— Нарья рассказала, что может касаться тебя? — спросил князь.
— Весьма опрометчиво с её стороны, — покачала головой Мёртвая. — Она тыкает меня пальцем, когда я этого не ожидаю. Первые несколько раз у неё палец побледнел на несколько дней. Боялись, не отойдёт и отвалится.
— Но не отвалился?
Похоже, князю, как и его сестре, подобное показалось забавным.
— Я не контролирую это, — не желая отвечать на его улыбку, нахмурилась Мёртвая. — Это было опасно!
— Неужели тебе не хотелось бы научиться?
— Хотелось бы…
— И последнее время пальцы её больше не мертвеют, касаясь тебя?
— Н-нет, — ответила она с неловкой заминкой.
Взгляд князя заставлял смущаться и прятать глаза. Что-то внутри восторженно замирало, когда он смотрел так. Оттого, когда он поднял руку, она не сразу успела увернуться.
Тёплые, чуть шершавые пальцы коснулись щеки, и Мёртвая тут же дёрнулась назад, разрывая прикосновение.
— Осторожно! — испуганно выкрикнула она.
Беспечно засмеявшись, князь потёр побледневшие пальцы.
— Словно в ледяной воде передержал, — поделился он ощущениями. — Надеюсь, чувствительность вернётся.
Беззвучно ахнув, Мёртвая закрыла рот руками, с ужасом глядя на белые подушечки пальцев.
— Не стоит так переживать. Уверен, со временем у тебя получится контролировать это.
— Не стоило этого делать, — обеспокоенно покачала головой Мёртвая, расстроенная результатом.
— Брось, риск стоит того.
Вновь этот взгляд, от которого внутри всё плавится, а мысли разбегаются испуганными мышами, учуявшими кошку.
— Я бы не смог жить без возможности коснуться другого, — глядя в глаза, тихо заговорил Митрий. — Без возможности взять человека за руку, — пальцы его коснулись руки Мёртвой, укрытой длинным рукавом, и заскользили к запястью. — Обнять… — вторая рука коснулась плеча, и от ощущения тепла перехватило дыхание. — Поцеловать…
Они оказались слишком близко. Лицом к лицу. Задохнувшись, чувствуя, как кровь резко прилила к лицу, Мёртвая поспешно отступила, высвобождаясь.
— Грустно, если этот поцелуй станет последним, — поспешно произнесла она, лишь бы разбить эту интимную тишину между ними.
— Да, потому я очень полагаюсь на сестру. Надеюсь, вам вдвоём удастся побороть это недуг.