— В честь чего такой тёплый приём? — полюбопытствовал он.
— Убийца! Что скалишься? Радуешься, что всё же добрался до него?
Отступив, не желая ввязываться в драку, Дарий спросил:
— Кого?
Ратник махнул рукой в сторону костра, где под одеялом на лежанке оставался лежать один из мужиков. На свою беду Дарий решил повернуть голову в указанном направлении и тут же получил удар в живот.
От избиения его спас Мишка, что вырос между ними, оттолкнув ратника.
— Вы же ловчие? Он убил! Магией! — кричал ратник, задыхаясь от ярости. — Митьку убил! Не за что!
— Он этого не делал, — заглянув под одеяло, заявила Неслада. — Это было проклятье, а Дарий — чародей Капитула, они таким не занимаются.
— Всё ясно, рука руку моет, — фыркнул ратник. — Своего прикрываете! Да у вас у всех рыльце в пушку!
— Что происходит? — с трудом докричался до спорщиков Дарий, и ему, наконец, показали тело ратника. Выеденного изнутри, что так что остались только кости и внешний слой кожи, начавший уже опадать и пованивать на жаре. В ушах и под веками копошились личинки. Пустое брюхо кишело разными гадами, что пировали на останках.
Из его рта вылезла длинная блестящая чёрная змея, каких Дарий ни разу не видел в лесу.
«Жалеешь, что сам о таком не догадался?»
Дарий промолчал, глядя на раскрытый пустой живот. Мертвецы его не пугали. Сложно бояться того, с чем работаешь в тесном контакте последние пять лет. Человек ко всему привыкает.
Его пугала мысль, пролетевшая в голове мимолётом, но очень отчётливая и ясная.
Он жалел лишь о том, что ратник умер во сне. Что жуки не жрали его, когда тот был в сознании, что он не мучился.
Образ переломанного тела сестры подстёрся в памяти, оставшись болезненным уродливым ожогом где-то в голове, что возникал всякий раз, когда Дарий вспоминал произошедшее. Её они не пожалели.
— Неслада права, это проклятье.
— А мне плевать, как его убили, это он.
Выпрямившись, Дарий посмотрел на ратников.
— К сожалению, это не я.
— Ах к сожалению! — оказавшийся рядом ратник замахнулся, но злость, вскипевшая в крови при одном лишь воспоминании о Мии, сделала Дария быстрее и сильнее. Он перехватил руку и заломил за спину ратника с отчётливым желанием выкрутить её из сустава. Переломать, как они переломали Мию.
— Эта скотина изнасиловала мою сестру. Переломала ей кости. Выдрала зубы. Если бы его убил я, вы бы услышали. Все бы окрестные деревни услышали, как эта скотина мучается, — прорычал Дарий в бешенстве и оттолкнул от себя ратника.
Энергия вокруг воспламенилась, втянулась в тело, концентрируясь. Ловчие ощутили это первыми. Оттолкнув мужиков за спину, осторожно стали приближаться. Что-то говорили, пытаясь успокоить. Но накопившаяся ярость требовала выхода. Случившееся требовало мщения.