Поэтому я улыбнулась.
Той древней женской улыбкой, которой обычно прикрывают катастрофу.
— Я очень хочу, — сказала я честно. — Но не сегодня.
Он нахмурился.
— Алиса...
— Я устала, Вернард. Настолько, что если ты начнёшь спорить, я лягу прямо здесь и буду лежать назло всем мирам сразу.
На этот раз он всё-таки усмехнулся.
Едва заметно, но победа была за мной.
— Тогда чего ты хочешь?
Я подумала секунду.
О старом доме.
О скрипучем полу.
О чайнике, который свистит громче любого дракона.
О занавесках, пахнущих летом.
О тишине, в которой никто не требует от тебя спасать цивилизации.
— Домой, — сказала я. — В свой дом. И знать, что ты придёшь туда потом.
Он смотрел на меня долго.
Так долго, что я уже почти решила добавить что-нибудь неловко-шутливое для самозащиты.
Но он только кивнул.
— Я приду.
Потом поднял руку, и воздух перед нами мягко разошёлся, открывая знакомый проход.
За ним был лес.
Заснеженные деревья.
Тонкая тропинка.
И крыша бабушкиного дома, укрытая белым снегом.
От этого зрелища защипало в глазах сильнее, чем от потери магии.
Я обернулась.
За моей спиной народ драконов переходил по мостам в мир предков.
Кто-то шёл со слезами.
Кто-то смеялся.
Кто-то оглядывался на землю, где прожил целую жизнь.
Кто-то нёс ребёнка на руках.
Кто-то впервые расправлял крылья без страха.
Это было похоже на переселение надежды.
Вернард стоял среди всего этого и смотрел только на меня.
— Не задерживайся там слишком долго, — сказала я.
— Это приказ?
— Это угроза.
Он шагнул ближе, коснулся губами моего лба так бережно, что у меня на секунду перестало хватать воздуха.
— Жди меня, Алиса.
— Куда я денусь, — пробормотала я.
И вошла в портал прежде, чем успела передумать.
Дом встретил меня тишиной.
Без рёва, без магии, без богинь, без пророчеств и решений, от которых зависит судьба миров.
Я закрыла дверь.
Сделала шаг.
Ещё один.
Увидела старый стол.
Плед на кресле.
Чашку на подоконнике.
И сломалась.
Слёзы пришли сразу.
Жестоко.
Без предупреждения.
Я сползла на пол у стены и рыдала так, будто из меня выходило всё сразу: страх, усталость, счастье, боль, любовь, потеря, конец одной жизни и начало другой.
Я плакала по силе, которая ушла.
По себе прежней.
По бабушкам, которых любила, и по родителям, которых мне всегда не хватало.
По тем временам, когда самой большой бедой казался заваленный экзамен по анатомии.
По Вернарду, который был сейчас далеко.
По тому, как сильно я любила его, что это почти пугало.
И не заметила, как рядом возник Искр.
Он подошёл бесшумно, ткнулся горячим носом мне в плечо, а потом тяжело улёгся рядом, прижимаясь ко мне всем своим тёплым боком.