Стражник всё ещё ошеломлённо переводил сбивчивое дыхание, глядя на гору разрубленных магров. Его конь храпел и пятился, чуя кровь и гарь, и всаднику приходилось удерживать его обеими руками.
— Что за совет? Что случилось? — спросила я.
— Я не знаю, госпожа. — выдохнул стражник, — Мне приказано лишь доложить генералу.
Среди низкорослых, изувеченных деревьев, у самой кромки чёрной воды, металась крупная тварь. Отбившийся от стаи магр. В отличие от диких собратьев, этот не рычал и не кидался из укрытия — он метался из стороны в сторону, тщетно пытаясь вырваться из липкого плена топи, куда его затягивало всё глубже. Его зелёные глаза тускло мерцали, как болотные огни под слоем грязи. Он рвал мох, дёргался, хрипел — но не мог уйти.
Кандер пошёл прямо к нему. Без оружия, не выхватывая меча. В его походке не было ни капли суеты — лишь давящая, тяжёлая сила.
Магр взвизгнул, почуяв приближение опасности, и развернулся, обнажая окроплённые ядом клыки. Тварь зашипела, готовясь к смертельному прыжку, но генерал лишь сделал шаг вперёд и вытянул руку. Его правая ладонь снова мгновенно покрылась антрацитово-чёрной чешуёй, а золотые зрачки сузились в тонкие иглы.
— Будешь мне предан, и я дам тебе дом, — чётко и властно произнёс генерал.
Драконья сила, вплетённая в его суровый приказ, накрыла магра, словно тяжёлый купол. Зелёные огни в глазницах чудовища дико вспыхнули, испуганно метнулись и тут же примёрзли к золотым глазам Кандера. Чудовищная воля генерала ломала дикий инстинкт твари прямо на глазах, подчиняя её обещанием силы и защиты.
Спустя секунду магр перестал хрипеть. Выпустив изо рта клуб серого пара, он поджал хвост и когтистые лапы, покорно опустился на брюхо и прижал уши к своей голове, признавая нового, куда более страшного хозяина.
— Ивилия, подойди, — Кандер подозвал меня, протянув руку. Голос его был ровным, спокойным — ни следа той ярости, что кипела в нём минуту назад. Будто и не было ни боя, ни крови, ни рога. Будто мы просто вышли на прогулку.
Я подошла — медленно, всё ещё чувствуя дрожь в коленях. Он подхватил меня, легко поднял и усадил прямо на широкую, чешуйчатую спину подчинившейся твари.
Я судорожно впилась пальцами в жёсткие костяные наросты на загривке чудовища. Мышцы перекатывались медленно, тяжело, как подземные воды, и каждый их толчок отдавался в моих костях. Костяные пластины были холодными — даже сквозь ткань платья, — и острыми по краям.
Кандер положил свою горячую ладонь поверх моих дрожащих пальцев. Не сжал — просто накрыл. Тепло разлилось по руке, поднялось к плечу, нашло шрам на боку и отозвалось в нём глухим, мягким пульсом.