47
Страница 62 из 102
Настройки чтения
18px
1.8
1

47

Страница 62

Ирма мгновенно протрезвела. Хмель слетел с неё, как вода с раскалённого камня. Она испуганно вскочила с места — так резко, что ковёр под её ногами сморщился, — и приклонила голову, отставляя свой бокал на поднос. Руки у неё дрожали. Пальцы не слушались. Кубок звякнул о серебро, и этот звук в тишине комнаты прозвучал оглушительно.

— Мой лорд... Простите, я лишь... — пролепетала она, запинаясь. Слова падали и обрывались, как переспелые ягоды с ветки. Она не смела поднять глаз. Не смела пошевелиться. Вся её тёплая уступчивость — та, что позволила ей сесть со мной на ковёр, выпить вина, смеяться со мной над воспоминаниями, — исчезла. Осталась только служанка. Только страх. Только вековая привычка сгибаться перед хозяином.

Кандер медленно вошёл в комнату, прикрыв за собой дверь. Без стука. Без щелчка. Просто тихо, как закрывают дверь в доме, где спят дети. В его движениях не было гнева — лишь привычная, тяжёлая грация хищника, вернувшегося в своё логово после тяжёлого дня. Он не смотрел на Ирму. Не смотрел на кувшин. Он смотрел на меня. Долго. Пристально. Так, что я почувствовала, как под его взглядом платье становится тоньше, печать — горячее, а воздух в комнате — плотнее. Я сидела на ковре, поджав ноги, с кубком в руке, и вдруг поняла, как это выглядит. Раскрасневшиеся щёки. Блестящие глаза. Вино. Дорогое платье. Хозяйка дома, что пьёт у камина, пока хозяин где-то там — в холоде, в темноте, в делах, — возвращается домой.

— Выйди, Ирма, — тихо и веско произнёс он. Голос его звучал устало, но не терпяще возражений. Так говорят не слугам — так говорят тем, кто должен исчезнуть. Немедленно. Без вопросов.

— Да, господин, — Ирма торопливо поклонилась — ещё ниже, чем прежде, — бросила на меня быстрый, подбадривающий взгляд и буквально выскользнула за дверь, тихо защёлкнув замок. Дверь закрылась. Замок щёлкнул. И в комнате стало тихо. Так тихо, что я услышала, как потрескивают дрова в камине. Как капает воск со свечей. Как бьётся моё сердце — часто, неровно, на последнем пределе.

Кандер остался стоять у двери. Не двинулся ко мне. Не сказал ни слова. Просто смотрел — и в этом молчании было больше, чем в любом крике. Больше, чем в любом приказе. Я чувствовала, как печать на боку пульсирует, отзываясь на его близость. Как тепло его взгляда проникает под кожу. Как вино в крови делает меня смелее, чем следовало бы. И я подняла на него глаза. Не отвела. Не спряталась. Впервые за весь вечер — не спряталась. Я осталась с ним наедине. Кандер медленно снял с рук кожаные перчатки — по одной, не спеша, — и бросил их на стол. Они упали с мягким стуком, и в этом звуке было что-то окончательное. Будто он снимал не перчатки, а саму броню. Он расстегнул ворот. Пальцы — длинные, сильные, с мозолями от меча — скользнули по пуговицам, и каждая поддавалась легко, будто ждала этого прикосновения.

назадназад
1 ... 60 61 62 63 64 ... 102
впередвперед