В этот же день нам напомнили кодекс ЧВК «Вагнер», раздали бронежилеты, каски, автоматы и БК и стали обучать азам передвижения и тактике боя. Едва мы привыкли к новому месту и обстановке, как нас перевезли на новую точку и отдали в руки Колониста и его ребят.
Колонист был отшибленным на всю голову, но в нем чувствовался профессиональный военный, способный вдалбливать в нас науку войны и выживания разными способами. То, что мы считали трудностями до этого, стало казаться действительно пионерским лагерем. Из двадцати четырех часов, выделенных Господом Богом на проживание одного дня, двадцать часов мы изучали медицину, саперное дело, вооружение и тренировались штурмовать здания и окопы. День за днем, в течение девяти суток мы бегали по пересеченной местности, ползали в грязи, таскали грузы и своих товарищей, стреляли из автоматов и кидали гранаты. Раздеваться перед сном было бессмысленно, потому что это отбирало у сна полчаса. Подъем. Завтрак. Тренировки и обучение. Обед. Тренировки и обучение на максималках. Прием пищи и благословенный сон. Казалось, что инструктора – это роботы, которые никогда не спят. Все это время из нас выбивали зеков и вбивали дух бойцов ЧВК «Вагнер». По слухам, обучение должно было длиться две недели, но на двенадцатый день, видимо, как особо отличившихся и показавших великолепные результаты, инструктора проводили нас и пожелали в напутственной речи: «Выжить и убить как можно больше хохлов!» Напоследок нам сообщили, что мы будем дальше воевать в составе РВ седьмого штурмового отряда.
Из русской народной былины нас перевезли в другую фантастическую местность, которая находилась уже ближе к передку, и разместили в школе волшебников и магов «Хогвартс». Там мы пробыли пару часов, вместо волшебных палочек нам раздали маленькие саперные лопатки и перевезли в дремучую сказочную чащу под кодовым названием «Деревянный лес».
– Старшой, а что делать-то? – поинтересовался я у местного босса.
– Искать место. Окапываться и ждать дальнейших указаний, – невозмутимо ответил он.
– А где мы хоть?
– Там, – он указал в сторону шума канонады, – примерно в пяти километрах, находится передок. Освоитесь тут и поедете туда, поближе к шуму. А там кого куда. Кого сразу в штурм, а кого в группы подвоза и эвакуации. Тут – тыл. Так что, пока есть возможность, копайте и отдыхайте. Это все, что я могу вам сказать, – закончил он и ушел.
Как только он перестал говорить, начался дождь. Мелкий осенний противный дождь, который не падает на тебя крупными каплями, а облепляет влагой все тело, пропитывая холодной тяжестью одежду, обувь и кожу. Быстро облачившись в ВВЗ – ветровлагозащитные костюмы, мы разбились на компании по интересам и стали сооружать жилища, необходимые для укрытия от падающей с неба воды. Грамотных туристов, способных построить шалаш или землянку, среди нас не оказалось. Втроем с моим семейником и его кентом мы смогли выкопать некое подобие окопа, больше напоминавшего ямку, заползли туда и тесно прижались друг к другу, чтобы уснуть. Усталость, накопленная за последние две недели, сработала как снотворное. Невзирая на еловые лапы вместо матрасов, отсутствие крыши над головой и дождь, мы смогли впервые выспаться и отдохнуть. Все, действительно, познавалось в сравнении и оказалось, что на войне не было такой ситуации, которая не могла стать еще хуже.