Утром мы смогли оглядеться и навести суету. Оказалось, что местность вполне могла дать и стройматериалы, и инструменты, и помощников, подсказавших нам, как строить блиндажи и где намутить необходимое. К концу второго дня мы имели вполне приличное, просторное убежище, накрытое бревнами в три наката, клеенкой и имевшее самодельную печку для обогрева. Провели мы там еще пять дней, а потом нас подняли и передвинули еще ближе к передку, на психушку. Нас как будто постепенно приучали к нарастающему шуму войны за горизонтом и внутренней тревоге, давая время адаптироваться и привыкнуть.
– Пацаны, – обратился к нам старший по психушке. – Нам, в первую очередь, нужны крепкие ребята – те, кто сможет быстро вытаскивать наших трехсотых, подносить БК и, если это будет нужно, оказать огневую поддержку штурмующим группам. Есть добровольцы?
– Пошли! – толкнул я в плечо своего семейника.
– Я тут побуду, – ответил он и, не выдержав моего удивленно-насмешливого взгляда, отвел глаза.
– Ну, как знаешь, – хмыкнул я и сделал шаг вперед. – Я пойду. Позывной Крепленый.
– Отлично, – кивнул мне старший и записал меня в группу эвакуации. – Сейчас группу наберем и поедем на пещеры.
«Как какая-то детская игра, с кубиками и передвижением фишек. Семейник пропускает ход, а Крепленый делает ход на поле Пещеры», – подумал я, наблюдая, как мой семейник, на которого я надеялся, отошел в сторону.
Набрав еще четверых добровольцев, старший посадил нас в крутой внедорожник, отжатый у нациков, и боец с густо заросшей бородой с позывным Абрек повез нас дальше.
– Ну что? Если верующие, молитесь своим богам, – улыбнулся он белозубой улыбкой. – А если не верите ни в кого, кроме себя – наслаждайтесь приключением.
– Дорога опасная? – поинтересовался один из моих новых товарищей, у которого был позывной Труе.
– Как американские горки! – быстро ответил Абрек.
Он резко ударил по газам и мы, выехав на шоссе, повернули направо и понеслись в противоположную от шума сторону. Проехав километр, Абрек резко свернул на проселочную дорогу, и мы стали пробираться по петлявшей среди деревьев и воронок просеке. У меня было ощущение, что нас везет таксист, рассказывая по дороге забавные истории.
– Давно ты в разведке? – стал расспрашивать Сальник Абрека.
– С августа. С командиром нашим, Гаврошем, еще начинал, – улыбнулся чему-то своему Абрек, подруливая, чтобы мы не опрокинулись на неровной дороге. – Разведка – это элита! С самых древних времен, которые еще в Библии описаны. Так что я вас поздравляю, мужчины.
– Даже в Библии? – удивился Труе. – Не знал. А что там?