– Больно сзади! Жжет! Я ранен! – продолжал истерить он.
– Тихо, я тебе говорю! – прижал я его еще сильнее и посмотрел на его товарища. – Штаны ему снимай!
– Штаны? – растерянно повторил он, видимо считая, что это не по-пацански.
– Не тупи! – глядя ему в глаза, жестко сказал я.
– Снимай с него все: штаны вместе с трусами, – медленно, как для ребенка, повторил я, – может, у него полжопы оторвано, а ты тут разводишь…
– Да, да…
Эта ситуация меня включила. До этого момента я мялся и не понимал, что происходит и что мне делать. Эта незначительная истерика у мобилизованного, взрыв мин, стрелкотня и состояние Лэда подтолкнули меня к конкретным действиям. Голова стала прозрачной, мысли успокоились и встали по полочкам, как книги в библиотеке. Действия стали размеренными и четкими.
– У тебя там царапина. Даже крови нет, – разочарованно сказал я, глядя на его напарника.
– Что? Я не ранен? – выворачивая вбок голову в каске, не сразу поверил он.
– Нет. Все хорошо. Твоя жопа цела.
– Да?! А… Ну ладно, – спокойно сказал он, как будто минуту назад не орал тут благим матом.
Он перевернулся на спину, прогнулся как акробат и одним движением натянул штаны, прикрыв свои причиндалы. Перевернулся на живот, словно на учениях, быстро присел на корточки и уставился на меня.
– Так! Еще раз. Вы кто? – спросил я.
– Мобики.
– Слушайте сюда, мобики. Вы сейчас идете за мной, берете трехсотых и съебываетесь отсюда, пока вы живы. И больше сюда не приходите!
– Я не понял… – встрял Лэд.
– Ты даже не представляешь, что с тобой сделают, если их тут покрошит, – спокойно ответил я ему. – Пусть они идут. А я пойду, посмотрю, что с моими. Где трехсотые, о которых ты говорил по рации?
Около десяти раненых, часть из которых были тяжелыми, лежали в ангаре Г-образного здания. Одним махом нам с Лэдом удалось решить три проблемы. Мы удалили на безопасное расстояние мобилизованных, вынесли раненых и помогли нашим группам эвакуации, которые бегали под огнем уже не первые сутки.
– Так! Слушаем меня! – повысил голос уставший боец в замызганном бронежилете, в котором, видимо, уже умерло человек пять. – Хватаем носилки. Ждем разрыв и побежали, но только после моей команды. Кто первый сдохнет, тот пидор! – нервно заржал он.
Взрыв. Взрыв. И еще один… Осколки ударили в стену с обратной стороны гаража.
– Давай, давай, давай! Не тормозим.
Мобики с белыми лицами и широко раскрытыми глазами подхватили раскачивающиеся носилки и галопом, как стадо антилоп, побежали в поля и посадки. Один из них неудачно поставил на кирпич ногу и едва не упал. Носилки дернулись, заставив застонать трехсотого.