Еще в зоне, сам не зная для чего, я тренировал шею и по пять минут каждый день стоял на голове. Делал я это регулярно на протяжении нескольких лет. Когда меня спрашивали, зачем я это делаю, я честно отвечал «не знаю» и продолжал это делать. Это и спасло мою шею от перелома, когда пуля по касательной попала мне в каску, которая была застегнута на ремень.
Этот нацик, попавший в меня, обломал мне первый штурм и мои надежды превратиться из жертвы в охотника. Понадобилось минут пять, чтобы собраться и подняться на ноги.
– Я тебя достану, сука! – вставая на ноги, как мантру повторял я.
Поднявшись, я зашагал в полный рост по направлению к ближайшему входу в ДК, поднялся по ступенькам и дошел до входа в зрительный зал и фойе, где заняли позиции мои парни, скрываясь за стеной. Желание наказать этого нацика горело красной лампочкой в моем контуженном сознании. Никогда я так ничего не желал, как этого.
Я стал доставать гранаты из подсумка и одну за другой закидывать их туда, откуда по нам только что стреляли. Руки действовали автоматически, как на полигоне. Достал, приготовил, выдернул чеку и кинул. Достал, приготовил, выдернул чеку и кинул… Когда из десяти гранат осталась одна, я посмотрел на Зибеля, который находился правее, и протянул к нему руку, безмолвно требуя у него еще гранат. Он понял мою просьбу, и, глядя на меня, молча, без колебаний, дал мне гранату. Когда я закидывал ее, до меня стал доходить смысл взгляда Зибеля. В этом взгляде были и сочувствие ко мне, и понимание бессмысленности моих действий. Я понял, что меня заклинило, и еще раз посмотрел на него, чтобы понять, верно ли я поступаю.
– Ваня, остынь, – спокойно сказал он и положил мне руку на плечо.
Отодвинув меня в сторону, он кивнул Особику, который был с нами в тройке, и они пошли вперед, зачищая первый этаж. Вторая тройка поднялась на второй этаж и стала чистить комнату за комнатой. Через пятнадцать минут, когда все затихло, я, шатаясь, выдвинулся в конец здания, где обнаружил своих парней.
– Первый этаж чист, – доложил Зибель.
– Второй этаж чист, – последовал доклад от второй тройки.
Я настолько не ожидал этого, что на радостях начал обнимать парней и Зибеля.
– Сапалер, Сапалер, или у кого там рация, ответьте Гонгу! – услышал я взволнованный голос командира.
– Сапалер на связи! – ликующе ответил я. – Первый и второй этажи зачищены, идем в подвал.
– Сааааапаааалеееер! – как будто высовываясь по пояс из рации, закричал командир. – Моолоодцы! Закрепляйтесь. Отступать нельзя!
– Отработаем подвал, доложу.
– Жду доклада.