Доложив Гонгу обстановку, мы стали основательно окапываться, как и до этого в здании ремонтной базы. Забаррикадировали стульями, шкафами и железными листами все окна и двери с северной части здания и освободили проход с южной. «Власть меняется!» – процитировал я про себя фразу из «Свадьбы в Малиновке» и улыбнулся. Во время этих работ нашлись потеряшки, которые находились все время, пока мы штурмовали, с южной стороны ДК.
– А вы где были? – наехал я на них.
– Тут. На фишке стояли, контролили периметр, – ответил за всех тот, что выглядел постарше.
– Ладно… Контролили так контролили, – не стал напрягаться я, понимая, что у нас получилось, и теперь я могу расставить всех так, чтобы нас отсюда не выбили.
Как только была организована оборона, я расставил фишки, назначил ответственного по хозчасти и дал ему команду провести ревизию трофеев и доложить мне об их количестве. Мы сели отдохнуть и ко мне пришло осознание, что мы взяли эту точку с минимальными потерями, благодаря везению и Господу. А я, благодаря Зибелю, все еще жив.
Мы сидели в разбитом зале ДК, где было все, как положено: сцена с кулисами и ряды кресел, сваленных у стен в беспорядочную кучу.
– Первый бой – как первая драка в детстве. До него не знаешь, сможешь или нет? А после – уже не важно, смог или нет, главное, что жив, – стал философствовать боец из моей группы.
– Здесь, по-видимому, когда-то пионеры песни пели, – стал фантазировать вслух Зибель. – «Орленок, орленок! Взлети выше солнца!» – процитировал он песню из нашего детства.
– А может, и Алла Пугачева приезжала! – подхватил его идею Лис.
– Дом культуры… – хрипло сказал приятель Особика, закуривая. – Культурно зашли, культурно гостей приняли и культурно их положили, – удачно пошутил он.
– Потому что мы – культурные люди! – улыбнулся я.
Все уже было позади, но какое-то время внутри все еще шел бой, и мозг пытался вспоминать и анализировать то, что произошло час назад. Мозг старался вычислить удачный и неудачный опыт, от которого зависело выживание или поражение. Каждый из нас вспоминал, вновь переживал яркие моменты и мысленно холостил промелькнувшие события, чтобы в следующий раз быть быстрее, проворнее и умнее. В то время, пока мы шутили, мозг думал и наращивал то, что мы называли чуйкой.
– Пацаны, – тихо сказал Лис, оглядываясь. – А может, ну его нахрен, такой культурный отдых?
Вокруг нас валялись тела нациков, хоть они и противники, но еще недавно это были живые люди одного с нами рода-племени. Было грустно, что нам приходилось убивать друг друга в этой братоубийственной бойне. «Жаль, что все получилось именно так, а не иначе, но я до сих пор чувствовал благодать бесконечного доверия, которое укрепило мою уверенность в том, что наше дело правое», – подумал я и пошел смотреть трофеи.