Осматривая и подсчитывая трофейное БК, собирая документы и рации двухсотых украинцев, я нашел у двоих из них пакеты с белым порошком, расфасованные по более мелким пакетикам.
– Видимо, наркота, – показал я их Зибелю.
– Нужно вместе со всем барахлом в штаб отправить, от греха подальше, – предложил он.
Вещи, телефоны и документы вместе с порошком я упаковал в плотный пакет с надписью: «Без задержек/строгий контроль» и отправил в штаб.
– Пусть особисты с ними разбираются.
– Иван! – окликнул меня Зибель, – ты, конечно, теперь командир, но давай-ка я тебе что-то важное скажу… Пойдем отойдем чуть в сторону.
– Говори, – радостно ответил я, следуя за ним и пребывая в эйфории от первой, пусть небольшой, но победы.
– Иван, ты, конечно, не обижайся, но идти первым человеку, у которого рация, который командует и отвечает за всех бойцов – это глупость несусветная! Ты долженпасти поляну, видеть обстановку, чтобы решать и делать дела. Понимаешь? Моя жизнь и жизнь мужиков зависит от тебя, Иван, – твердо, как он умел, стал отчитывать меня Зибель. – Ты сразу не горячись. Не отвечай. Просто подумай, – приобнял меня он и улыбнулся, видя, что я уже готов защищаться.
– Сапалер – Гонгу?! Я тебе там подкрепление и помощников выслал. Встречайте их, – вышел на меня командир.
– Принял.
– Что с твоей головой? На эвакуацию пойдешь? Может, медика прислать?
– Еще не смотрел, как посмотрю – доложу. Жду подкрепления, – ответил я и огляделся по сторонам.
– Может, каску снимем? – предложил мне подошедший к нам Лис.
– Страшно… Вдруг там мозги наружу, а я просто не чувствую.
– Давай посмотрим, – стал он снимать с меня каску…
Рана на голове оказалась царапиной.
– Считай, что Господь тебя в макушку поцеловал, – улыбнулся Зибель, – но нужно перевязать. Голова не болит?
– Немного, – с облегчением ответил я, понимая, что мои опасения по поводу трепанации черепа не оправдались. – Но это не смертельно.
Мужики обработали мне рану и перемотали голову. Я попробовал надеть на эту конструкцию каску и не смог. Пришлось удлинить ремень и чуть потуже застегнуть его, чтобы каска не болталась на моем марлевом подшлемнике.
ДК был выдвинут вперед на сто метров и со всех сторон окружен позициями противника. Я стал ждать обещанного пополнения, как я обычно это делал, и когда они пришли, с удивлением узнал в них трех инструкторов ашников с «Деревянного леса», где у нас была вторая точка. По позывному я помнил только Фарго и Шпили. Третий был мне знаком, и его позывной крутился у меня на языке, но я не мог точно вспомнить его. «Наверное, от этого попадания в голову у меня контузия», – подумал я.