– Здорово, Иван! – услышал я знакомый голос из темноты.
– Привет! – посветил я фонариком в лицо говорившего и от неожиданности чуть не выронил его. – Кубат? Ты же двести? – отвисла у меня челюсть.
– Не дождетесь! – улыбнулся он. – Я смотрю, тебя тоже зацепило?
– Живой? – зачем-то переспросил я его. – А мне сказали, что ты двести. Во время штурма… – все никак не мог я поверить, что вижу его перед собой.
– Вот, потрогай! – стал он жать мне руку своей большой лапой. – Как Ленин! Живее всех живых. Прислали к тебе с мужиками. Теперь вместе воевать будем.
– Я очень рад, что ты жив, друг мой, – обнял я его, расчувствовавшись. – Конечно, вместе. Еще как повоюем.
Я сразу понял, что поставлю их командовать своими кашниками. Мне было приятно, что ко мне прислали аж целых трех инструкторов, один из которых был виртуозным гранатометчиком, попадавшим из РПГ в форточку.
Заняв ДК, мы крепко окопались. Людей хватало, а БК – тем более. Я провел ревизию трофеев и насчитал двести выстрелов для РПГ, много цинков с автоматными и пулеметными патронами. Гранат было тоже достаточно. Про отравленную еду нас предупреждали еще в учебном лагере, поэтому мы уничтожили всю подозрительную провизию и пользовались только нулевой. Украинская еда была хорошего качества и пользовалась у бойцов успехом. Помимо этого, нам достались фонарики с хорошими аккумуляторами, пауэрбанки и другая полезная бытовая техника, не считая шмурдяка нациков.
По сравнению с третьим взводом, нашими соседями слева, и группами Абрека, коллегами справа, наш участок казался приятным местом. Стреляли по нам не так сильно, как по ним. Особенно обильно засыпали трешку, которая с ходу захватила все траншеи и блиндажи до заправки, но была выбита удачным массированным накатом хохлов на исходные позиции, до стелы Бахмут. Их ежедневно бомбили из всех видов наземного и воздушного оружия, не давая продвинуться вперед. Дорога слева, которая разделяла наши позиции, и противотанковый ров, идущий вдоль нее, являлись стратегически важными объектами, и мы постоянно смотрели за ними, опасаясь наката оттуда. Дальше был торговый центр, уже занятый группами Абрека и Флира, а дальше, под пригорком, простирался частный сектор и четырехэтажка, торчавшая над местностью и дававшая противникам преимущество. Их и наши позиции разделяла улица Киевская и шестьдесят метров открытки.
Несколько дней мы в основном держали оборону, помогали соседям огнем и вели разведку местности. Впереди нашей зоны ответственности находились медицинский центр и густо заросшая со всех сторон соснами полуразрушенная трехэтажка из белого кирпича, которую нацики использовали как последнюю опорную точку обороны. За ней простирался парк и несколько небольших строений. Хохлы мелкими группами передвигались от трехэтажки к медцентру, производя ротацию и удерживая эти здания. Мы фиксировали эти передвижения и докладывали о них Абреку и Гонгу. Нашей следующей целью стал медицинский центр.