Конечно, так же, как и я, они не были лишены человеческих слабостей и пороков. Они были людьми, но правила, идеи и уклад жизни защищали их от самих себя и скрепляли сильнее крови. Читая в юности «Тихий Дон» Шолохова и переживая судьбы его героев, читая Гоголя с его Тарасом Бульбой, я видел, что они готовы были пожертвовать самым дорогим – родной кровью – ради правды и веры в то, за что они воевали и во имя чего жили. «Ну что, сынку? Помогли тебе твои ляхи? …Я тебя породил, я тебя и убью…» Это не могло не вызывать восхищение. Худшее преступление – это бросить, предать своих и убежать с поля боя. Даже любовь к женщине не могла искупить этого.
Почти так же было устроено и офицерское сословие Российской Империи: кодекс чести, долг и дисциплина. Родословная и ответственность перед геральдической ветвью: «…офицер никогда не врет, не торгуется, держит слово, умирает с достоинством». И дуэли ради честного имени, которые порой уносили жизни хороших офицеров, были продолжением общей идеи о том, что честь превыше смерти. Попасть в это сословие со стороны, как и стать рыцарем, можно было только по крови или заслужить звание подвигом.
Да, это было не ново. Так формировались и жили и другие воинские сословия во все времена и эпохи: викинги, с их воинственной верой и желанием умереть в бою, а не от старости; безбашенные команды пиратских кораблей, жившие набегами, подчинением выбранному капитану и равенством; воспитанные с детских лет воинами мамелюки, с их фанатичной преданностью Аллаху и командирам; крестоносцы всех мастей, с их аскезой и верой в Господа. ЧВК «Вагнер», созданное 1 Мая 2014 года, впитало в себя лучшие из этих атрибутов воинских сословий и стало той силой, которая смогла преобразовать даже криминальную идеологию большинства из нас. Нам дали право стать частью этого сословия, дали возможность искупить свое прошлое кровью и делами, дали оружие, чтобы реабилитировать себя и заслужить свободу и звание – боец ЧВК «Вагнер».
Все мы – кто добровольно записался и пришел сюда, видимо, тоже были из той старой породы бойцов из прошлого. Пока без песен, без своего фольклора, но уже с кодексом и атрибутикой. Не армия. Не нация. А братство. Где доля – равная, а смерть – общая. Мы, конечно, не совсем рыцари, мы – новые посевы на старом поле войны. Но и новое было продолжением старого и имело характер. И сегодня, обходя фишки, я разговаривал с мужиками и понимал, что мы тут не за ордена и медали, хотя и они не будут лишними, и тем более не за деньги… Мы здесь за тех, кто справа и слева. За тех, кто рядом, и там, далеко в тылу. Сегодня в этом и был смысл. В братстве, о котором возможно никто никогда не напишет. Потому что сейчас мы: «Их там нет». Мы вне истории. Мы – серая зона и ее тень, как это было во все времена.