Чем отличается строгий режим от общего? Да просто серьезностью подхода к заключенным. На общем можнопроканать , так или сяк. Там все попроще. Общий режим еще болтает, как сороки. Строгачи более сдержанны. Тут слова уже весят. Ну, как правило, строгий – это от десятки и выше, плюс-минус. На строгом все тяжелее. Передачки получаешь реже – всего раз в три месяца. Так что каждая мелочь имеет значение! Потому что тебе надо протянуть до следующей передачки. А может быть такое, что тебя лишат передачки, и нужно будет тянуть уже полгода. Ты должен быть готов ко всему. Без магазинов и банковских карточек. Без возможности пойти купить, что нужно. Все достается с трудом и имеет особую ценность. Поэтому отношение к вещам и баулу соответствующее. Отсюда эта щепетильность и бережливость. «Потому что в бауле вся твоя жизнь!» – убедительно сказал я вслух, сам не замечая того. Осекся, замолчал и продолжил про себя, застегивая замок на бауле: и это происходит не один день. Не два. Не месяц… Это происходит годы! Десятки лет! Это въедается в тебя до автоматизма. Твой баул – это часть тебя. Твоя квартира и твой счет в банке. Вся твоя жизнь в этом бауле. Сверху я положил собранные за годы книги и отнес сумку назад в каптерку.
Видимо, устав от напряжения многодневных переживаний, вырубился я в тот вечер очень быстро. Качественно, практически без сновидений поспав, я проснулся до подъема, заварил и попил чая с семейниками: Серегой и Сашкой. После обычных мероприятий: зарядка, проверка – прошла информация, что на промку мы сегодня не выходим.
– Это конечно нонсенс, – отхлебывая чай изчифирбака , негромко сказал Сашка. – Ладно, нас не вывели на работу. Но что бы подхоз не вывели, это просто фантастика! Бедная наша животина сегодня останется не кормленная с утра.
– Сегодняшнее событие это навроде землетрясения, или извержения вулкана, – кивнул Серега и улыбнулся.
– Ну, что братва? Двинули? – поднялся я, широко улыбаясь, слыша, какотрядник стал подавать команды на выход и общее построение.
Перед выходом излокалки каждый отряд проходил черезшмон . За почти десять лет нахождения в зоне, я видел сотни досмотров, но в этот раз нас пропустили через царь-шмон! Каждого из нас досматривали двое сотрудников с металлоискателями и средствами обнаружениязапретов , буквально раздевая до трусов. От сотрудников следовали короткие и четкие команды, которые необходимо было выполнять. Во время шмона встречались два человека, по сути своей, ничем не отличающиеся друг от друга. Кроме одной простой вещи – власти! Полномочия и права, данные контролеру государством, в десятки раз превышали права другого. И именно эта власть, давала право одному человеку приказывать другому. Но власть – это всегда внешний фактор. Пока еще не придумано способа залезть в душу заключенного… Очередь дошла до меня и я, повинуясь командам, стал подвергаться обыску. Согласно требованиям, на мне не должно было быть ничего железного: ни булавки, ни заколки, ни ремня. Сотрудники прощупывали меня своими умелыми пальцами и руками, снимая кепку и проверяя волосы. Они проверили каждый сантиметр моей одежды: воротник, рукава, штанины и полностью обхлопали тело. Заставили снять ботинки и показать, что в них ничего нет. Тщательность досмотра говорила о невероятной важности готовящегося мероприятия. Особенно тщательно и долго проверяли тех, кто был склонен к противоправным действиям и неповиновению администрации. С самого начала стало понятно, что вся процедура затянется надолго. Но мне было все равно. Я знал, что меня ждет после этого и внутренне даже получал удовольствие от растянувшегося процесса.