«Господи, Алиса, ты течешь в машине своего научного куратора, просто глядя, как он держит коробку передач. Ты больная. Тебе лечиться надо».

— Алиса? — прозвучал голос где-то далеко в моем сознании, и я подпрыгнула на месте, ударившись затылком о подголовник. — Все хорошо?

Он проследил за моим взглядом.

Медленно. Мучительно.

Его глаза опустились на собственную руку, сжимающую рычаг, потом вернулись к моему лицу, залитому пунцовой краской.

Я моргнула, отгоняя наваждение. Фантомный член в его руке исчез, снова превратившись в кожаный набалдашник. Но жар никуда не делся. Он пульсировал, требуя продолжения банкета.

— Д-да. Просто… задумалась. О механике.

— О механике?

— Ну да. О… передаточном числе. И о том, как… — я лихорадочно искала спасительные слова, — … как эргономично сделана ручка. Удобно лежит в ладони. Наверное.

«Замолчи. Просто замолчи, пока не сказала, что хочешь быть этой ручкой».

Давид хмыкнул. Он не убрал руку. Наоборот, он медленно, демонстративно разжал пальцы, а потом сжал их снова, обхватив кожу плотнее.

Я едва сдержала стон.

— Эргономика — это важно. Важно, чтобы инструмент идеально подходил по размеру. Иначе… никакого удовольствия от вождения. Нравится?

— Что?

— Машина, — пояснил он невинно, глядя на дорогу, но я чувствовала, что он улыбается. — Или вы предпочитаете что-то более… семейное? Вроде минивэна с наклейкой «Ребенок в машине»?

Я сглотнула, пытаясь увлажнить пересохшее горло.

— Я не разбираюсь, — пробормотала, отводя взгляд от его руки, но тут же возвращая его обратно, словно на магните. — Главное, чтобы было удобно. И… менее затратно.

Давид хмыкнул.

— Затратно… Знаете, Алиса, в экономии есть один фатальный изъян.

— Какой?

— Вы платите меньше денег, но расплачиваетесь отсутствием эмоций. Скупость — это убийца удовольствия. — Он мягко провел ладонью по кожаной оплетке рычага, и я почувствовала этот жест так, словно он коснулся меня. — Бюджетные варианты возят вас из точки А в точку Б. А такие машины… они заставляют вас чувствовать себя живой в процессе. Чувствуете разницу?

Он нажал на педаль тормоза перед светофором. Машина плавно, но с ощутимой мощью остановилась. Его рука сжала рычаг чуть крепче, костяшки побелели.

— Чувствую.

И я не врала. Я чувствовала. Я чувствовала, как пульсирует каждая клеточка моего тела. Я смотрела на его пальцы — длинные, ухоженные, сильные — и моя фантазия снова сорвалась с цепи.

Я представила, что «бюджетный вариант» — это моя семейная жизнь. Надежная, экономная, безопасная «Лада Седан». А он… он был этим черным «Мустангом». Опасным, дорогим, требующим полного контроля и самоотдачи.