– Алиса, перестань сейчас же. Ты вообще не должна была в нее заглядывать. Это личное. Перестаньте вы оба.
Элин вскакивает, едва на опрокинув стул, но все же успевает его поймать. Посетители маленького итальянского ресторанчика замолкают, в их сторону устремляется множество любопытных взглядов.
– Простите. – Она смущенно возвращает стул на место, слезы жгут глаза. – Мне нужно ненадолго отойти в туалет.
Она слышит, как Алиса за ее спиной шепчет Сэму, да так громко и отчетливо, что каждое слово криком отдается у нее в ушах:
– Она совсем съехала с катушек. Ты просто обязан вер нуться домой.
Проведя в напряженном молчании остаток ужина, они наконец выходят на улицу, где моросит мелкий дождик. Сэм уходит, быстро обняв Алису на прощание. Элин поднимает руку – такси одно за другим проносятся мимо, но ни одно из них не останавливается. Оставив попытки, она возвращается к дочери:
– Мы тоже могли бы немного пройтись пешком. До твоего общежития, а потом я вернусь домой.
– Мама, ты выбрала неудачную часть города для прогулок. Отсюда до тебя кварталов семьдесят, не меньше. К тому же дождь идет.
– В любом случае, я хотела бы проводить тебя домой, – настаивает Элин. – Потом я возьму такси.
– Мне уже не двенадцать лет.
– Ну, разумеется. Тебе уже целых семнадцать. Знаешь, чем я занималась, когда мне было семнадцать лет?
– Дай-ка попробую угадать. Ты уже была знаменитостью и зарабатывала больше денег, чем ВВП Гамбии? – Алиса закатывает глаза.
– Боже мой, при чем здесь политика? – Элин останавливается. – Я собиралась рассказать тебе о моей первой большой любви, но если ты предпочитаешь обсуждать мировую экономику, то пожалуйста.
– Любовь! Как ты можешь думать о ней после того, что произошло сегодня вечером? Спасибо вам с отцом за то, что испортили мой день рождения, в следующем году я буду праздновать его в одиночку, это точно!
Глаза Алисы предательски блестят, на ресницах повисает слеза и, сорвавшись, бежит по щеке. Она поворачивается и устремляется вперед с такой скоростью, словно за ней кто-то гонится. Элин неподвижно стоит на тротуаре, глядя вслед исчезающей под дождем фигурке. Пышное платье красиво сверкает в свете фонарей, хвост развевается на бегу, кудрявые волосы стоят торчком, взъерошенные царящей в воздухе влажностью. Элин улыбается, когда замечает белые кеды, которые дочь весь вечер прятала под длинной юбкой.
– Подожди! – кричит она, но Алиса уже далеко.
Она принимается бежать, но на шпильках это совсем непросто. Каждый шаг причиняет ей боль. Прихрамывая, преодолевает последние метры и хватает Алису за плечо: