– Ну, ты идешь? Мне нужно помочь с сеном.
Дверь с грохотом захлопнулась, и мама, тяжело ступая, спустилась по ступеням крыльца.
Элин поднялась и вышла за ней следом на залитый солнцем двор. После переезда козы стали их основным занятием. Козы и козий сыр, который сулил ферме новые прибыли. Но на деле с этим сыром было куда больше проблем, чем пользы. Не хватало специального оборудования. Молоко следовало пастеризовать и ферментировать, а готовый сыр – упаковывать. Марианна вложила в это деньги Айны. Элин собственными глазами видела в банковской книжке отметку о снятии со счета крупной суммы.
Элин повернула большой железный ключ и вошла в хлев. Козы приветствовали ее радостным блеянием. Она взяла вилы и набросала им сена; животные, столпившись вокруг кормушки, принялись жадно есть. Одна коза покусывала ее за брюки и топталась по ногам, настойчивая требуя к себе внимания. Что поделать, молочные козы всегда были голодными. Элин похлопала козу по голове и тотчас же отдернула руку. Животные хоть и привыкли к людям, но отнюдь не ручные.
Марианна убирала навоз в стойле. Элин сменила вилы на лопату и присоединилась к ней. Они молча работали бок о бок. Мама выглядела уставшей. Оттого что каждый день ей приходилось очень рано вставать, у нее под глазами залегли толстые морщинистые мешки. Она больше не носила красивых платьев, которые купила на деньги Айны в те дни, когда они были еще счастливы. Теперь на ней постоянно только заляпанные грязью рубахи из хлопка и грубые рабочие брюки. Волосы собраны в небрежный узел. Сверху наброшена косынка, которой можно было прикрыть нос от запахов, царивших в хлеву. У Элин была точно такая же.
Когда они закончили и Марианна вернулась обратно в дом, Элин опустилась на сено и, прислонившись к стенке стойла, вытащила из кармана конверт. Письмо было написано на листке, вырванном из тетради альбомного формата. Торчащая сбоку бахрома напоминала о пружине, к которой когда-то крепился этот лист. Она развернула листок и прочла:
Дорогая Марианна!
Я хочу тебе кое в чем признаться. Я хочу сказать, что пошел на этот шаг ради вас. Ради тебя. Ради детей. Я не хотел, чтобы так вышло, ружье выстрелило совершенно случайно, у меня и в мыслях не было ранить ее – только напугать. Я не хотел, чтобы семья дала трещину. Наша семья. Я пошел на этот шаг ради вас, чтобы раздобыть хоть немного денег. Ради нас. Мы. Ты, я и дети.
Ты помнишь, как мы познакомились? Помнишь, как никакая сила не могла заставить нас расцепить руки? Помнишь, как мы сказали, что ты и я – это навсегда? Это было нашей клятвой. Я всегда о ней помню. А ты?