– Управа поселка? – мой голос срывается, когда наконец дозваниваюсь. Пытаюсь говорить твердо, как подобает жене владельца "Булут Корпорейшн", но получается плохо. – Говорит Самайа...
– Госпожа! – прерывает меня взволнованный голос. – Пожар начался примерно полчаса назад. Огонь охватил восточную часть поля. Пожарные уже на месте, но...
Каждое слово управляющего оглушает, он торопливо объясняет, что произошло, а я не могу оторвать взгляд от окна автомобиля, исступленно желая, чтобы дорога до места уже закончилась. Слишком долго. Невыносимо долго мы едем. Машина несется по трассе, а я считаю секунды, и каждая из них это тысячи сгоревших растений, месяцы труда десятков людей, огромные убытки.
В памяти всплывает лицо Карима, моего старшего.
-- Мама, ты слишком много работаешь, – сказал он недавно.
Потом Амина и Джамиля, мои девочки-близняшки, будущие врачи. Они всегда говорили, что восхищаются тем, как я совмещаю семью, дом и помощь отцу в корпорации. А Рустам, мой младший, так похожий на отца, только с моими зелеными глазами... Что они скажут, когда узнают?
Моя личная жизнь может полыхать не хуже этого пожара, но ее я смогу наладить, склеить... А вот сгоревший хлопок не вернуть. Он важное звено в огромной машине под названием "Булут Корпорейшн". Да, есть другие поля, но все же...
Полчаса кажутся вечностью. Еще издалека вижу черный дым, поднимающийся к небу столбом.
Сердце сжимается так, что становится больно дышать. Ветер доносит запах гари и пепла, который оседает на стеклах машины серой пудрой, когда подъезжаем достаточно близко.
Выскакиваю из автомобиля, не дожидаясь полной остановки. Каблуки вязнут в рыхлой земле, но я не обращаю на это внимания. Картина перед глазами заставляет задохнуться: половина поля чернеет выгоревшей пустошью, вторая заволочена дымом.
Машина скорой помощи стоит с включенными мигалками, рядом полицейский автомобиль. Фельдшер ходит от одного человека к другому, проверяя состояние каждого. Замечаю, что и женщины пришли из поселка помогать, они тоже участвовали в тушении пожара, их одежда покрыта сажей. Я им так благодарна. А я вот не успела, как бы ни хотела...
Рабочие, перепачканные сажей, бегают с ведрами между колодцем и тлеющими участками. Пожарная машина натужно гудит, выплевывая последние струи воды. В воздухе висит тяжелый запах гари, от которого першит в горле.
– Госпожа Самайа! – ко мне спешит Рашид, управляющий полями. Его обычно аккуратная форма измята и покрыта черными пятнами, на лице разводы от копоти, в глазах тревога. – Мы делали вечерний обход, все было в полном порядке. Рабочие разошлись по домам, и тут Азим, ночной сторож, заметил дым...