Эти слова действуют странным образом. Самрат чувствует, как внутри поднимается гнев — не на Адилю, а на себя. За свою нерешительность, за свои сомнения. За то, что, возможно, совершил самую большую ошибку в своей жизни.
— Я не люблю Самайю, — подняв голову и смотря в глаза жены, говорит он слишком быстро, слишком резко, словно пытаясь убедить не только Адилю, но и себя. — Просто вся эта ситуация... неприятная. Не стоит раздувать из нее трагедию.
— Неприятная? — переспрашивает Адиля, и ее губы искривляются в горькой усмешке. — Ты набросился на свою бывшую жену в публичном месте. Это не "неприятно", Самрат. Это скандал. И судя по тому, что я вижу, ты до сих пор не понимаешь, что натворил.
Самрат сжимает зубы так крепко, что кажется, что они сейчас рассыпятся в крошку. Ему не нравится ни тон Адили, ни ее претензии. Это всего лишь минутное помутнение. Неужели нельзя просто нельзя принять его версию и не давить?
Она отворачивается, делает несколько шагов по комнате, затем резко разворачивается:
— Знаешь, что самое ужасное? Я даже не уверена, что хочу знать правду. Потому что боюсь, что ты скажешь, что все эти годы я была просто навязчивой идеей, мечтой, которая рассыпалась в прах, как только стала реальностью.
В ее словах столько боли, что Самрат невольно вздрагивает. Он никогда не видел Адилю такой уязвимой. Всегда уверенная в себе, яркая, умеющая добиваться своего — сейчас она выглядит почти сломленной.
Но вместе с тем приходит какое-то непонятное чувство. Ее слова, сказанные с обидой, призванные воздействовать на него, чтобы у него проснулась совесть… действуют совсем не так. Самрат даже не понимает как. ОН просто смотрит на объект своих желаний и не видит прежней Адили…
— Адиля, — он делает шаг к ней, протягивает руку, но она отшатывается, словно от удара. Слишком поздно он отреагировал на ее слова. Адидя это прекрасно поняла. Она увидела в его взгляде буквально на несколько секунд растерянность, что говорило о многом. Она хотела, чтобы он категорично сказал “нет”, но он промедлил…
— Не надо, — она поднимает ладонь, останавливая его. — Просто скажи мне правду, Самрат. Ты жалеешь о разводе?
Вопрос повисает в воздухе. Тикают часы, отсчитывая секунды. За окном сгущаются сумерки.
Адмля настолько была на взводе, что не каждый ее новый вопрос заставлял задумываться Самрата о своих поступках основательнее. Он последние полгода все делал на эмоциях, словно второе дыхание открылось. А теперь его новая жена задавала вопросы, которые вносили смуту в ихновую семью…
Жалеет ли он?