— Проводишь папу? — предлагает Карим, что-то печатая в телефоне, а потом поднимая на меня глаза, и я понимаю, что он обращается ко мне.
Хочу отказаться, сказать, что лучше это сделают дети, но что-то внутри — то ли гордость, то ли любопытство — заставляет меня кивнуть:
— Да, конечно.
Мы идем к двери в тяжелом молчании. Самрат надевает пиджак, поправляет манжеты, а потом смотрит мне в глаза. Прямо и решительно.
— Значит на пару дней приехала? – спрашивает, не поднимая головы.
Между нами пару-тройка метров. Самрат стоит как раз спиной к двери и чтобы ее открыть мне надо бы подойти к нему вплотную. Но я не хочу. А сам бывший муж не торопиться уходить.
— Да, пока что по делам, – отвечаю напряженно.
— А что с больницей? – поднимает голову, нависая надо мной в полный рост.
— Профессионалы должны оценить фронт работы, – пожимаю плечами как можно равнодушнее, мысленно выдыхая, что он спрашивает только о работе. – Там много что нужно сделать, но надеюсь, что не затянется.
— А когда вернешься? – смотрит остро, но в голосе будто звучит надежда. Смотрю на него внимательно и стараюсь увидеть подвох. Но Самрат серьезен.
— Я не знаю, – ответ выходит напряженным. – Нужно еще с бюджетом разобраться, поставить все в работу.
— А Гафаров тоже поедет оцениватьфронт работ ? – вроде бы вопрос логичный, но задает его таким стальным тоном, что мороз по коже. Но последние слова выделяет словно с издевкой.
И тут во мне снова поднимается злость на него.
— Тебя жена ждет, твоя первая любовь, если ты не забыл, – скрещиваю руки на груди и напоминаю жестко. – Не заставляй ее ждать.
С каждым моим словом лицо Самрата темнеет. Если бы я не знала его принципов, то подумала бы, что он прямо здесь меня и закопает. Но бывший муж никогда и ни при каких обстоятельствах не поднимал руку на женский пол. Принципы у него такие.
И вот смотрю я на него как он руки сжимает в кулаки, крылья носа опасно раздуваются, губы сжимаются и вытягиваются в тонкую линию, даже кажется что слышу скрежет его зубов. А глаза вообще метают молнии.
От него идет такая волна жара и ярости, что я невольно делаю шаг назад, опуская руки, готоваясь к побегу. Все во мне кричит, что наступила критически-опасная ситуация и надо бежать куда подальше от него.
Никогда раньше агрессия Самрата не была столь огромной и тем более не была направлена на меня. А тут…
Зря я ему такое сказала, наверное... Но разве неправда?
— Ты моя жена. Ею и останешься! – цедит сквозь зубы, а потом я даже не успеваю спохватиться и возвратить или возмутиться вопиющим словам, как Самрат делает резкий шаг ко мне, сокращая расстояние между нами, хватает за запястье и тащит как на буксире к выходу. Резко открывает дверь и продолжает движение.