— Это было неприемлемо, — говорю я, скрещивая руки на груди. — Ты не имеешь права так обращаться со мной.
— Я знаю, — снова повторяет он. — И я прошу прощения. За это тоже.
Он делает несколько шагов к берегу, затем останавливается, глядя на темную воду.
— После того случая в ресторане я не мог думать ни о чем другом, — продолжает он, не оборачиваясь. — Я понял, что не могу представить тебя с другим мужчиной. Что мысль о том, что ты будешь принадлежать кому-то еще, сводит меня с ума.
— Я не твоя собственность, — мой голос звенит от напряжения. — Я не вещь, которую можно взять, отдать, а потом передумать и забрать обратно.
— Я знаю, — он наконец поворачивается ко мне. — Ты не вещь. Ты лучшее, что было в моей жизни, Самайа. И я... я все испортил.
В его голосе столько боли, столько искреннего раскаяния, что я не знаю, как реагировать. Мое сердце разрывается между желанием утешить его и страхом снова быть обманутой, снова быть преданной.
— Что ты хочешь от меня, Самрат? — спрашиваю я, чувствуя себя бесконечно усталой. — Зачем привез меня сюда? Зачем все это?
— Я хочу второй шанс, — он говорит это прямо, без уловок, без манипуляций. — Хочу попробовать все исправить. Вернуть тебя домой, к детям. Вернуть нашу семью.
— А как же Адиля? — этот вопрос должен был прозвучать.
— Я подал на развод, — отвечает он, и эти слова заставляют меня пошатнуться. — Мы прожили вместе полгода. Я знаю, что это делает меня... непостоянным. Поверхностным. Но я не могу продолжать жить во лжи. Ни перед ней, ни перед собой.
— Ты... что? — я не верю своим ушам. — После всего, что ты наговорил мне о своей великой любви к ней? О том, как она была предназначена тебе судьбой? Ты просто... подал на развод?
— Да, — он не отводит взгляд. — Потому что понял, что совершил ужасную ошибку. Что гнался за призраком прошлого, упуская настоящее счастье.
Я молчу, не зная, что ответить. Все это кажется каким-то сюрреалистическим сном. Самрат, всегда такой уверенный в своих решениях, такой непоколебимый, признает, что ошибся? Что хочет все вернуть?
— Я не знаю, что сказать, — признаюсь я, отворачиваясь к озеру.
— Ничего не говори, — он делает шаг ко мне. — Просто... подумай об этом. О нас. О возможности начать заново.
— Ты думаешь, это так просто? — я с трудом сдерживаю готовые пролиться слезы. — После всей боли, которую ты причинил? После того, как разбил мое сердце? Как заставил почувствовать себя... ненужной? Недостаточно хорошей?
— Ты всегда была достаточно хорошей, — его голос дрожит от эмоций. — Более чем достаточно. Ты была... совершенством. И проблема всегда была во мне, не в тебе.