Заканчиваем разговор. Кладу телефон рядом и снова утыкаюсь невидящим взглядом в стену. Так и сижу, пока не раздается дверной звонок. За окном уже сгустились сумерки. Когда успело стемнеть?
На пороге курьер с конвертом. Подписываю документы в двух экземплярах, не читая. Какой смысл вчитываться в юридические формулировки? Один экземпляр отдаю курьеру, второй оставляю себе. Закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Ноги подкашиваются, но заставляю себя идти в гостиную. В голове гулкая пустота.
Кладу документы по пути на полку рядом с высушенными цветами.
Как символично – когда-то цветущие растения теперь напоминают далекую тень когда-то живых себя, как мое сердце.
Снова сажусь на диван, бездумно глядя перед собой. За окном сгущается ночь, комната погружается в темноту. Так и сижу, пока веки не начинают слипаться. Засыпаю прямо там, свернувшись клубком.
Утро приходит с резким звонком телефона. Нащупываю его рядом на полу, не открывая глаз.
– Алло, – бормочу в трубку.
– Госпожа Самайа? Доброе утро, – мелодичный голос консультантки из бутика звучит невыносимо бодро. – Ваш заказ готов. Вы можете забрать его в удобное для вас время.
Заказ. Подарки для дочерей. Последний семейный выход.
Неделю назад я настаивала, что обязательно должна выбрать наряд для помолвки Карима. Тогда мне было важно, чтобы это платье подчеркивало мой статус – матери жениха. Теперь одна мысль об этом празднике вызывает ком в горле.
– Спасибо, – голос звучит глухо. – Я заберу сегодня.
Отключаюсь и со стоном поднимаюсь с дивана. Тело затекло и ломит от неудобной позы. Нужно бы снова в душ, переодеться. Привести себя в порядок перед выходом в свет. Раньше сборы заняли бы не меньше часа – идеальная укладка, безупречный макияж, тщательно подобранный ансамбль. Сейчас все это кажется неважным, ненужным.
Но подарок нужно забрать. Это последнее, что я могу сделать для дочерей, прежде чем уеду. Нужно держаться. Ради них.
Ближе к обеду выхожу из квартиры, ловлю такси. Всю дорогу до торгового центра смотрю в окно невидящим взглядом, не замечая ни пейзажа за окном, ни лица водителя. В голове звенящая пустота, в груди – выжженная пустыня.
Таким было начало этого дня - дня, когда глядя на свое отражение, я не узнавала себя. День, когда былая роскошь вокруг вызывала только горький привкус на языке. День, когда каждый новый вдох давался с трудом, царапая пересохшее горло. Я с трудом заставляла себя переставлять ноги, двигаясь вперед без цели и смысла.
Но жизнь решила, что мне нужно во все глаза увидеть счастье некогда родного мне человека, чтобы не возникало больше даже желания или надежды все вернуть на свои места.