Делаю еще глоток воды и натягиваю на лицо улыбку. Пусть не так чтобы улыбалась от счастья, но из вежливости. Не хочу выглядеть жалкой в глазах этого успешного, уверенного в себе мужчины.
– Вы очень тактичны, Алихан, – говорю я, опуская глаза. – Но давайте лучше вернемся к нашему проекту.
К моему счастью, Алихан проявляет чудеса такта и мы больше не обсуждаем личное, а переходим к деталям финансирования.
Алихан говорит о суммах, которые готов инвестировать, о сроках, о возможном партнерстве. Его голос звучит уверенно, а взгляд иногда задерживается на мне чуть дольше, чем требует деловой этикет.
Это внимание заставляет меня чувствовать себя... особенной? Женщиной, а не просто бывшей женой Самрата Булута? Я не уверена, как к этому относиться, но я разочарована в отношениях с любимым мужчиной и ничто не может вытеснить холод и горечь из моей души.
Официант приносит какой-то изысканный салат с морепродуктами для меня и ростбиф для Алихана. Аромат свежих трав и лимона поднимается от тарелки, напоминая, что я почти не ела сегодня. Отправляю первый кусочек в рот, смакуя вкус, который кажется удивительно ярким.
– Вкусно? – улыбается Алихан, наблюдая за мной.
– Очень, – киваю я, и это не ложь. Еда действительно великолепна.
Мы продолжаем разговор, и с каждой минутой я все больше расслабляюсь. Алихан оказывается интересным собеседником – умным, начитанным, с тонким чувством юмора. Он рассказывает о поездке в Индию, где искал новые ингредиенты для фармацевтической линии, и я ловлю себя на том, что слушаю с неподдельным интересом.
Потом приносят филе морского окуня для меня и стейк для Алихана – я замечаю движение у входа в ресторан. Поднимаю глаза и вздрагиваю: в дверях стоит Самрат.
Один, без Адили.
Его взгляд скользит по залу, останавливаясь на нашем столике. Даже на таком расстоянии я вижу, как напрягаются его скулы, как вспыхивает что-то темное в глубине его глаз. Он делает шаг вперед, и я непроизвольно сжимаю салфетку на коленях.
Алихан, заметив мое напряжение, оборачивается. Увидев Самрата, он хмурится, но тут же поворачивается ко мне и возвращает на лицо вежливую улыбку.
– Кажется, у нас гость, – говорит он негромко. – Мы можем уйти, если хотите, Самайа.
Самрат приближается к нашему столику неторопливой, уверенной походкой. Его лицо – непроницаемая маска, только глаза выдают бурю эмоций. Он останавливается рядом, возвышаясь над нами как скала. А я не успеваю подумать над предложением Алихана.
– Прошу прощения за вторжение, – голос бывшего супруга звучит сухо, почти официально. – Самайа, мне нужно с тобой поговорить. Это касается детей, – произносит с нажимом и будто уже злится.