— Ты не понимаешь, — она покачала головой, и слёзы снова потекли по щекам. — Если я вылечу с позором — мой клан отвернётся от меня. Меня отправят в дальнее поместье, выдадут замуж за первого встречного. И я больше никогда не увижу Алдиона.

— А если останешься? — спросила я.

— Если останусь — стану невестой Клауса. И тогда мы с Алдионом тоже никогда не будем вместе. А я не смогу жить с другим, зная, что он страдает.

— Так выхода нет? — я чувствовала, как сердце сжимается от жалости. Какой жестокий мир. Как можно так обращаться с живыми людьми?

— Есть, — она вытерла слёзы, и в её глазах вдруг вспыхнуло что-то твёрдое, решительное. — Я должна всё сказать. И мы сбежим с ним!

— С ума сошла? — я схватила её за руку, сжала так, что она вздрогнула. — Тебя же…

— Убьют? — она усмехнулась, и в этой усмешке было столько горечи, что у меня перехватило дыхание. — Вряд ли. Сослать — да. Позор — да. Но я не могу больше врать. И он не может. Мы устали. Понимаешь? Устали притворяться, что друг друга не существует.

Я смотрела на неё и понимала, что впервые вижу настоящую Элинор — не ледяную статую, не эльфийскую принцессу, а живую, страдающую, отчаянную женщину, которая готова на всё ради любви. Оказывается она довольно эмоциональна.

— Не надо, — сказала я тихо. — Не сейчас. Дай мне подумать. Может быть, я смогу что-то придумать.

— Что ты можешь? — она покачала головой.

— Не знаю, — честно ответила я. — Но я попробую. Обещаю.

Она посмотрела на меня долгим взглядом — и вдруг слабо улыбнулась.

— Ты странная, Мила, — сказала она.

— Может быть, потому что я сама ничего не теряю? — пожала я плечами.

— Или потому что ты знаешь цену потерям, — ответила она. — Я вижу. У тебя тоже болит.

Я не стала ничего говорить. Потому что она была права.

* * *

После обеда объявили третье испытание — кулинарное. Прям какое-то шоу.

Каждая претендентка должна была приготовить блюдо своего народа. Гномы — мясной пирог. Эльфы — изысканный десерт. Дроу — травяной настой. Птицы — воздушное безе. Драконы — запечённое мясо с пряностями.

А я — человек — должна была приготовить… что?

— Что хотите, — сказал распорядитель. — Главное — чтобы блюдо отражало вашу культуру.

Я задумалась. Что я умею готовить? Тосты. Яичницу. Макароны с сыром. И пирог — тот самый, который я пекла с Гретой на кухне, когда хотела поднять настроение или когда мне было особенно одиноко. Шарлотку!

Я взяла муку, масло, яблоки, корицу. Замесила тесто — как учила Грета. Начинку — как любила сама. Поставила в печь. И забыла про него на время. Долгое время…

Пирог сгорел. Чёрный, как уголь, с плавающими угольками вместо яблок. Снаружи черный… внутри — сырой.