— Наслаждайтесь, — продолжал издеваться волчий пастырь. — Из сей золотой клетки вам не сбежать. Будьте счастливы.
— Ну-ну. И какой, позволь спросить, ты породы, Засадушка? — нарочито сладким голосом поинтересовался Валера. — Мой дружок об тебя дубинку сломал, а тебе хоть бы хны. И секрет ты его разом разгадал, с продажей фамилии, и вообще, проницателен да мудёр. Слышал я про таких, вас ещё титанами называют. Не потому ли тебя не убили девочки? Ась? Не могли или не по закону им своих убивать?
— Мысли что хочешь, офирская блудня, а я тебе более ничего не скажу, — скривился в ответ волчий пастырь. — Будешь знать, как в меня всякие гадости плевать.
— Угу.
Валера многозначительно глянул в сторону.
— Ты что-то задумал? — обрадовался Денис.
— А как же, но сначала разведка, — белобрысый кивнул в сторону сизого дыма. — Каракатушка, скажи мне: вот этот дядя с большими зубами, у него руки-ноги связаны? Или чегось?
Денис перевёл взгляд на облако. Каракат начал рисовать в воздухе дымные загогулины.
— Сидит на цепи. Руки и ноги в кандалах из металла. Прикован к колонне из драгоценного камня. Длина цепи чуть больше ярда. Длина цепи на кандалах чуть больше фута, — перевёл он.
— Ой! И что же, бедненький не может разорвать свои кандалы? — ироничным тоном полюбопытствовал Валера.
— К чему вы спрашиваете? — немедленно насторожился Засада. — Это не просто цепи. Вы не знаете, из чего они скованы.
— Да и ладно. Ты ведь тоже оттуда не сбежишь. Посему голосую: убить.
С этими словами ушлый махинатор демонстративно поднял правую руку.
— Эм? — удивился Денис странной кровожадности своего напарника. — Он же пленник, как и мы. Вроде бы это неэтично.
— Да ты дослушай... Мы убьём его и скушаем его сердце, как предлагал наш проводник Максимильян. Тогда мы станем немножко титанами, и девочкам придётся освободить нас.
— Но...
— Если ты сырым брезгуешь, можно пожарить с луком. Сёстры вернутся, а мы, мол, так и так, гуляли по подвалам, заблудились и от голода скушали Засаду. А чо ты на меня так глазёнками хлопаешь? Он бы нас, к примеру, не пожалел. Так ведь?
Валера свирепо глянул на пастыря. Призрачное лицо, плававшее над блюдом, побагровело от гнева.
— Только троньте меня, ублюдки! — пригрозил он. — Я и в путах стальных дам вам такой смертный бой — мало не покажется!
— Надо же — гамбургер нам угрожает. Деня, а ну айда жрать Засаду. Нам нужны его полезные свойства. Он всё равно будет с нами, вернее, в нас. Никуда не денется. На нашей стороне мелкое бытовое колдовство, и, думаю, я найду способ, чем лучше расковырять эту старую устрицу. А каракат нас проводит.