— Сам ты прохиндей, — проворчал пенсионер, поглядывая одним глазом на болтливую куклу, а другим на экран проектора. — Испугался, что я твою душу упокою, и потому на себя управление фиксатором завязал. Собственному товарищу не доверяешь, который, между прочим, с того света тебя, можно сказать, вытащил. Чего ж ты его волей своей не отключаешь? Зассал? А стулом крушить не зассал. Показушник задрипанный.

— Это ты всё кругом зассал! — возмутился Леонид Исакович. — Афоня, плюнь в него слюной. скажешь, я передал. У меня нечем.

— А вот за то, что ты про Мазера молодому человеку без разрешения ляпнул, не будет тебе слепой шлюхи, — оскалился Достоевский и кивнул электронщику:

— Афоня, забудь про прежнее поручение. Закажешь ему вместо бабы журнал «Сделай сам», а уж столярные инструменты я, так и быть, ему выдам.

Афоня предпочёл промолчать. Он оставил этих двоих в костнице, где они продолжили пить и ссориться, а сам поднялся на лифте на один из верхних этажей, где нашёл душевую и как следует помылся. Там же, во время бритья опасной бритвой, которую он взял из набора в шкафчике, выяснилась презабавная вещь: все порезы на его теле моментально затягивались. Парень некоторое время крутился перед зеркалом, с удовольствием отмечая, что его кожа стала значительно лучше, а потом до него дошло. Ну да, пыли надышался, пыль-то была волшебная. Можно сказать, прощальный дар богини Акесо.

Освежившись, Афоня вернулся в дом, где самостоятельно разыскал съестные припасы, среди которых большую часть занимали консервы, после чего приготовил себе поесть. Ну а уж после сытного обеда, по закону Архимеда, полагается поспать. Что он и сделал и проспал аж до самого утра. Достоевский с Костомаровым так и не объявились. Афоня посмотрел на часы, было девять утра, полежал, подумал немного, спускаться вниз в костницу ему не хотелось. Нагуделись, поди, и спят, чего им мешать? Там этих консервов на сто лет, наверное, хватит, и ещё останется.

Он умылся, позавтракал и уселся за ноутбук. Интересных тем для поиска в центральном архиве было предостаточно. Парень не зря ел свой хлеб, он прекрасно понимал, что нельзя просто так интересоваться всякими секретными документами, поскольку те были не только зашифрованы, но ещё и защищены от несанкционированного чтения. Однако же поисковая система тоже кое-что позволяла. Например, она предупреждала об опасности того или иного документа, прежде чем пользователь приступит к чтению, а в некоторых случаях могла даже дать необходимое разрешение. Электронщик из любопытства поискал немного про полынь, но не нашёл ничего конкретного, кроме легенды о чудище Легионе, сгинувшем в царстве Аида и воскресшем спустя столетия в стране Аккад. Он же эту страну, кстати, и разрушил, причём безо всякой полыни. Ковыряться в такой древности было скучно, Афоня переключил поисковик на любые полезные упоминания об Офире, и ему так понравилось, что он читал аж до самого вечера. Эта страна была хороша, прав был Костомаров, куда там до неё Швейцарии и Израилю. Офир — вот куда следовало поехать жить и работать. Но как это сделать? Почесав макушку, Афоня забил в поисковик список молодых девушек, потенциальных гражданок Офира, зарегистрированных на Земле. Минут через пять он заполучил подробнейший список, вместе с фотографиями и адресами. Фотографии были цветные, девушек было около семи тысяч, возраст от восемнадцати до двадцати пяти лет.